•   Последние или как я собирала новогодний стол 
  •   Эпитафия советскому року 
  •   Позвольте еще раз поправить Захарова 
  •   Я арестовал заместителя Власова 

Я в Бонне

Я в Бонне. Там-таки была столица, но все, что от нее осталось, — это правительство, а формально главным городом стал Берлин (правда, его я видела только из окна электрички). Так что про Берлин ничего сказать не могу, а про Бонн могу. Сейчас скажу.
В Бонне мы просто так не шастали, у нас была насыщенная программа. Два дня — у друзей из Москвы (они живут в Германии уже лет семь), а еще два — в гостинице и официальные визиты. В гостях мы пели на ночь Окуджаву (так у них принято), разговаривали.
Друзья — это брат с сестрой, наши ровесники (и их родители). Они свободно говорят на двух языках — русском и немецком, по-русски иногда немного странно. В конце фразы они часто говорили «или?», как бы спрашивали согласия. Например, перед сном, когда выключили свет, кто-то из них спросил: «Будем спать, или?» Оказалось, немцы в конце фраз часто говорят «oder?» («или?»).
О велосипедах. Это главный немецкий вид транспорта. Мой брат катался на двадцатискоростном. Естественно, сразу начал переключать скорости и перекувыркнулся. А немцы на таких велосипедах и в школу, и на работу ездят и не перекувыркиваются.
Гостиница в центре города. Наш с братом номер — сто второй.
В такой гостинице я никогда не была, то есть я вообще ни в какой гостинице не была. Тут есть: ванна и мыло с нитками, и сейф с кодом, и телевизор с пультом, и телефон, и холодильник с едой и питьем (но если это съесть и выпить, то надо платить отдельно).


И еще там такая постель... Это была самая мягкая ночь в моей жизни. Утром я пошла завтракать. Еды — выше крыши: корнфлекс, яичница, печенье, тосты, йогурты, фрукты, маринованные фрукты и еще миллион всего. Брат мой набрал пять тарелок всякой еды, из которых мы съели (вдвоем) только три, и то с трудом. Потом я поднялась в номер и решила испробовать сейф. Запрятала туда плейер, предварительно запомнив код, и пошла в душ. Пришел брат и спрашивает: — Где плейер? — В сейфе.
— А код? — Не скажу.
— Ну ладно, сама напросилась,— говорит.
Чего-то бурчал, потом странно притих, и я вышла проверить, какую гадость он там проделывает. Смотрю, он злобный сидит.
— Из-за тебя, —говорит,— сейф начал обратный отсчет: ты мне код не сказала, и я три раза неправильно набрал, так что через двадцать пять минут приедет полиция. Конечно, полиция не приехала.
Пароход-ресторан по имени «Бетховен» (Бетховен родился в Бонне). На этом пароходе ездят смотреть Рейн. Самое знаменитое место на берегах Рейна — скала Лорелеи. Она сидела на скале, расчесывала волосы и пела, а моряки заслушивались, засматривались и разбивались. Почти сразу, как мы сели, начался плотный обед. Первое время мы выходили на верхнюю палубу и смотрели по сторонам, но к концу обеда сил на это уже не было. Скалу мы так и не увидели.
Хаммершмидт — вилла президента Германии на берегу Рейна.
Прием у президента. Чтобы потом про это всем рассказывать и никто бы не подумал, что я вру, надо было меня с ним — с президентом — сфотографировать. Фотографировал мой брат. Я бегала за президентом, брат бегал за мной, наконец, мне надоело, и я тыкнула президента в живот и показала на брата с фотоаппаратом, он что-то сказал своим телохранителям, те отодвинули толпу и впихнули брата.
Мы с братом в конце концов сбежали к друзьям. Погуляли неофициально по Бонну. Хороший город, зря они из него столицу перенесли. Да и президенту, наверное, не очень хочется с виллы съезжать.
Екатерина Кронгауз
Журнал СТОЛИЦА номер 14 за 1997 год.
рейтинг: 
  • Нравится
  • 0
Номер Столицы: 1997-14
Фото дня
Обложка дня
Опрос
Нужны ли на сайте статьи из других журналов?