•   Последние или как я собирала новогодний стол 
  •   Эпитафия советскому року 
  •   Позвольте еще раз поправить Захарова 
  •   Я арестовал заместителя Власова 

Муха с руками

На днях заходил Росляков. Выл в шортах, в какой-то зеленой фуфайке и с папкой, Глаза, как всегда, красные — видно, от раздумий об уровне преступности в стране. «Трудно, Саша?» — спросили его, «Трудно, ребята», — подтвердил писатель, «Ты — наша общая боль», — мы, конечно, успокоили прозаика, как могли. Он U ушел. Прямо в шортах» Хорошо хоть заметку оставил, страдалец. Мощный человечище. Хотя глаза, конечно, красные.
Что касается банковских афер, коррупции и гремучих мафиозных взрывов, то этим добром нас балуют почти каждый день. А вот в дедовских методах изымания денег никаких крупных достижений не наблюдается.
Это и понятно. Эпоха медвежатников, то есть людей, чистящих сейфы, закончилась.
Выяснилось, что родные сейфы куда эффективней облегчать с помощью всяких трансфертов, авизо и прочей не слесарной техники. И былые мастера с их виртуозными, воспетыми спецлитературой пальцами ушли из криминальной хроники, передав эстафету умельцам с виртуозными мозгами. Поэтому удивить взыскательный народ чем-то на самом деле небывалым по части старого рукомесла ныне уже чрезвычайно тяжело.
Но можно.


Передо мной очень нечеткий снимок из следственного дела. Снимок любительский, сделанный при крайне неудачном освещении.
Человек в противоестественной позе сидит кузнечиком на сейфе, черты его лица практически не различимы. А вот почему он так позирует — маленькая, леденящая душу, достойная Книги рекордов Гиннесса история.
Фотогерой — хорошо известный оперативным кругам Гена Кузнецов по кличке Муха. Последний из натуральных, преданных своему делу медвежатников. Родись он раньше — вращаться бы ему в высшем обществе, в малиннике таких, как в популярном клипе Меладзе, юных дев. Не сложилось. Поэтому Муха вынужден был влачить существование жалкое и совершенно неромантическое, пользоваться методами глупыми и дешевыми.
Выйдя на волю после очередной отсидки, Гена начал думать, как дальше жить. Хотя запросы у него были невелики, но репутацию настоящего медвежатника терять Мухе не хотелось.
Вот и усмотрел он один симпатичный сейф в офисе некой фирмы, занимавшейся смутным, но доходным, судя по авто его владельцев, бизнесом. Нет, конечно, это не был блестящий банк или торговый дом с охраной, как у Букингемского дворца. И офисом служил всего-то подвал в обычном жилом доме, не снабженный даже вывеской. Но это больше всего и привлекало сметливого бомбилу. Ни охраны, ни сигнализации, входная дверь в подвал на выходные просто запиралась на замки. А в помещении всего одно окно с решеткой и двойными стеклами. За окном газон. Хоть динамитом внутри рви — снаружи не услышат.
И аккурат в ночь с субботы на воскресенье Гена со своими хоть и примитивными, но верными отмычками и ломиком пошел на операцию. Входную в подвал дверь он одолел легко и подобрался к сейфу. Какой-то замысловатой оснасткой или чувствительностью пальцев со сточенной до нервных окончаний кожей он не пользовался. Муха просто загонял под дверцу крепкий ломик, отжимал край дверцы, свободную руку просовывал сквозь щель внутрь, выгребал содержимое, затем ломик выдергивал — и, благодаря сопромату, о котором Муха вряд ли подозревал, дверца из легированной стали возвращалась в исходное положение.
Точно так же он поступил и на сей раз: залез в сейф, просунул ломик, отжал дверцу, сунул руку — а далее произошло такое, что Гене даже в самых кошмарных снах не могло привидеться. Ломик соскользнул с упора, выскользнул из правой руки и рухнул на пол.
И левая, просунутая в щель длань приняла на себя все колоссальное давление коварной пружинистой бронированной дверцы.
Раздался хруст в запястье и нечеловеческий крик человека со сплющенной и намертво зажатой, как в стальных клещах, рукой. Гена вопил как резаный — хотя как раз ампутация конечности без наркоза показалась бы ему избавлением. Но только его душераздирающего крика услыхать никто не мог — благодаря его же собственному расчету.
И потянулись самые страшные в жизни Гены Мухи сутки. Скорчившись на своем капкане, он не имел возможности даже изменить хоть как-нибудь положение затекших ног...
В такой позе и застали его в понедельник утром изумленные хозяева подвальчика. И пока добирались вызванные одновременно «скорая» и милиция, кто-то успел щелкнуть «мыльницей».
В итоге левую руку, а вместе с ней и всякую надежду на дальнейший промысел герою, изумившему-таки весь околоток, ампутировали. А потом этого последнего могиканина из медвежатников еще и осудили как закоренелого рецидивиста за попытку кражи с применением технического средства.
Хотя называть так ломик, прямо скажем, слишком громко. Скорей, музейный, если не сказать кустарный, экспонат. Реликт эпохи мезозоя. И грустно мне от этого. Телега магистрального прогресса просто переехала человека, как шмакодявку.
АЛЕКСАНДР РОСЛЯКОВ
Журнал Столица номер 15 за 1997 год.
рейтинг: 
  • Нравится
  • 0
Номер Столицы: 1997-15
Фото дня
Обложка дня
Опрос
Нужны ли на сайте статьи из других журналов?