•   Последние или как я собирала новогодний стол 
  •   Эпитафия советскому року 
  •   Позвольте еще раз поправить Захарова 
  •   Я арестовал заместителя Власова 

Осенние негры

Вылезать на свежий воздух последнее время не хотелось. Слишком свежий. Загаром, привезенным под финал лета с Антильской гряды, похвастаться негде. Сижу, последний в этом году улов раков доедаю.
Глазами блестят, усами шевелят. В кастрюлю не хотят. Первую партию из дуршлага сотоварищ мой на стол вываливает.
— Ты поделикатней,— говорю,— чтобы те, живые, не видели, что с их собратьями сделали. Чтоб не волновались.
Спинки жесткие, хвостики нежные. Злое создание человек. Жадное до удовольствий.
Повысив внутренний градус, выбираюсь в сентябрьское утро. (Это, кто ж, вы скажете, на завтрак раков с пивом потребляет? А я отвечу, что это ужин затянулся.) Так что утром под пять градусов по Цельсию выбираюсь из подъезда. Дворник скучает. Подметать нечего. Смотрит с тоской в серую высь. То ли снег упадет, то ли лист пожухлый. Сжалился кто-то, выбросил с балкона пакет из-под грудничкового питания.
Кто там в детство впал? Наш дорогой москвич, видать. По-своему от праздников отходит.
Решила я пасьянс разложить да на кофейной гуще погадать, что нас ждет. Вышло — дальняя дорога в казенный дом. Значит, в офис какой-нибудь. А червовый король опять пребывает в нервозности.
Какие-то шестерки по бокам. Даже трактовать боюсь. Две у него беды — казна пустая и злые люди вокруг. Они против него замышляют.
Но виду не подают. А что для дома, для семьи? Нас, москвичей, ждет большое личное счастье. И повышение по службе. Но денег станет еще меньше.


А про погоду что карты говорят? Про погоду Катя Масликова, с большим бюстом, по РТР рассказывает. Только, пока она говорит, народ смотрит исключительно на ее конские зубы и изгиб спины. Это надо ж так к зрителю повернуться, чтобы было видно и попу, и лицо. Телепрофи. Но выражает своим видом крайний оптимизм. Значит, ждет нас как минимум бабье лето.
Над кофейной гущей я пошептала, чашку перевернула и с грохотом на блюдце шлепнула. Потом заглянула на дно и вижу: стоит пальма, под пальмой негр с кокосом в руке. У негра на ушах что-то вроде лапши висит. Пальма — это крыша. Нынче без крыши никому нельзя. Негр откуда? А кто из наших себя последний раз белым человеком ощущал? Толпа безмолвствует. И не кокос это вовсе, а яблоко познания греха. Лапша на ушах — это к новым заявлениям от Центробанка, что деноминация несет всеобщее благоденствие.
Не нравится мне эта гуща. И про погоду тоже ничего не сказано.
Остается довериться собственным ощущениям. А интуиция мотает меня по ломбардам в поисках дешевых меховых изделий. Там на прошлой неделе чернобурочка за миллион продавалась. А теперь пусто.
Продавец иронично на меня смотрит: мол, в тот же день и купили, товар не лежкий, цена юмористическая.
Иду на Тушинский рынок по пушным рядам. Народ здесь оборотистый. Тут же накидывает на меня то норковое манто, то что-то из барашка. А вот этот песец крашеный из персидской кошки вам зело к лицу!..
Нет, нет, вот это берите, только что из Греции, без пробега по Москве, лиса мягкая, теплая, берите, не пожалеете! Тут же меня в лису кутает и зеркалом перед физиономией машет. И впрямь к лицу. Беру, конечно.
И меланхолично направляюсь к выходу.
— А деньги? — Да у тебя вон целый ворох таких шуб. А у меня ни одной.
Задумался лисий владелец и отпустил с миром. Ведь это по справедливости. Зима ж на носу.
ОЛЬГА ПЕСКОВА
Журнал Столица номер 16 за 1997 год.
рейтинг: 
  • Нравится
  • 0
Номер Столицы: 1997-15
Фото дня
Обложка дня
Опрос
Нужны ли на сайте статьи из других журналов?