•   Последние или как я собирала новогодний стол 
  •   Эпитафия советскому року 
  •   Позвольте еще раз поправить Захарова 
  •   Я арестовал заместителя Власова 

Разводящая

Как-то так невольно складывается; что журналисты «Столицы» любят слегка пофилософствовать; сделать вывод, обобщить, ответить на сложный вопрос мироздания. Откуда что берется, а? Страшная, между прочим, привычка — думать, что есть ответы на все вопросы. Ну да ладно. В данном случае это простительно. Мартынов, как вы поймете из текста, встретил женщину, Причем женщину невероятную. При всей своей мини-юбке и декольте она занимается страшной, с точки зрения мужчин, работой* Она, как это сейчас говорят, разводит бандитов, У нее в подчинении 300 вооруженных человек, она лично ездит на стрелки и пользуется в криминальных кругах нешуточным авторитетом. Да. Ее Мартынов и встретил, Простим ему за это легкие философские шалости, Ей Богу, есть за что.
Про что еще нам говорить с милейшей разведенной женщиной без жилищных проблем, антично полусидя на кожаных диванах, когда она гостеприимно отстегнула кобуру, в которой, пусть и не «Макаров», а слабый «иж», но ведь для сквозняка в фигуре хватит, да? И еще отягчающие обстоятельства: тополиный пух романтично проплывает на бреющем через лето. Падает процент проезжей части.
Суммарно разморило всех.
Ахтунг! В натуре тотальная нега! А нас — двое в комнате, не считая двух сотовых! К тому же ее зовут Елена, как ту зачинщицу троянской войны; куполом начес по эллинской моде; есть за нею, кстати, свои триста верных спартанцев, ждут малейших указаний по всей Москве. А на дворе в боеготовной позе ее шестисотый «мерседес» и не менее спортивный ее же «понтиак».
Но сегодня она выходная. Голосом, полным домостроя, елея и комфортабельности, приглашает кушать кишмиш, бескосточный виноград, либо же эти зрелые груши.
Естественно, мы говорим про это.


Проектирование одежды из эластичных материалов — Звонит клиент, в ужасе: Елена Георгиевна, у меня в офисе чеченцы с пушками! Весь персонал положили на пол, требуют денег! Ну, еду в РУОП, к оперативникам по чеченцам. Идут навстречу — за большие заслуги перед органами. Подъезжаем на точку, картина такая: веером по кругу стоят восемь машин, бамперами внутрь, чтобы моментально разъехаться, если что. По периметру стоят люди с автоматами, контролируют окрестности. Как увидели нас — прыгают в четыре машины и врассыпную. Остались только безоружные. Заходим в офис: действительно, персонал лежит на полу. А эти, налетчики, тут же превращаются в солидных финансистов. Извлекают бумажки, сопроводительные письма, финансовые поручительства: мол, приехали навести кое-какие справки. Почему люди на пол легли — понятия не имеем. Может, им нравится так... Устали, может... Взопрели...
И Елена смеется — столь же цветасто и первозданно, как во времена Менелая и Париса. Я тем временем кусаю очередную виноградину без косточки. Что мне еще остается делать? — Ситуация постепенно проясняется. Оказывается, один немецкий бизнесмен решил наехать на своих московских должников прямо оттуда, из Германии, с помощью чеченской бригады. Их там многое Европе околачивается, предлагают услуги. Чеченцы здесь напрыгнули на должника — тот попытался перевести стрелки на своих партнеров. Мы фиксируем все выходные данные налетчиков, доверенности, номера машин и популярно объясняем: если что, немцев подкрутим через Интерпол. Разошлись с пониманием. Потому что чаще всего вступать в большую конфронтацию никто не хочет. А мне важно обеспечить безопасность клиента. Лучше всего мирным путем. Садимся и детально обсуждаем претензии: кто наехал, на какую сумму, какие конкретно угрозы. Обычно у меня это получается. Не всегда, конечно. Есть и на нашем счету трупы.
Тут своевременно, да и уместно будет пояснить: да, Елена Георгиевна Андреева — конструктор одежды. Сразу после Академии легкой промышленности, то есть совершенно по молодости, выдающееся сделала открытие — бесшовное изготовление одежды. На текстильном станке делается полуфабрикат, потом остается обрезать сверху и снизу. Приглашали ее на работу в Бельгию, но она прямо на родине запатентовала все, что положено, и только-только грянул закон о кооперации, зачала свое производство, со временем не только текстильное, трикотажное — дошла очередь и до норок, и до чернобурых лис. А теперь вот подоспел момент защищать докторскую диссертацию на вполне революционную тему: «Методологические основы проектирования одежды из эластичных материалов».
За судьбу эластичных материалов России я абсолютно спокоен.
Их эластичность в надежных руках.
— Чем выгодно мое, женское, положение? Чем вообще женское поведение в экстремальной ситуации отличается от мужского? — Чем? — У мужчины ярко выраженные амбиции в экстремальных ситуациях. Он считает: я сказал — значит, так и будет. И точка. А ведь с другой стороны, у оппонентов — то же упрямство. И буквально звереют. Бывали ситуации, когда я начинала работать, зная, что с обеих сторон уже проплачены заказные убийства. Меняют местожительство, меняют маршруты, в другое время на работу едут, все кругом заминировано, семью надо на броневике возить. А все равно упорствуют! Мужчины, одно слово! Один клиент мне говорит: я поклялся, что взорву его машину. Себя перестану уважать, если не взорву. Стоило трудов отговорить. Ну, взорвешь, технически это не проблема, а дальше что? Всю жизнь на крючке у милиции, тебя же в любой момент арестуют! Потому что у нас так: если пятно, то это навсегда. Как угодно отмывайся, раскаивайся — все равно ты проходишь по картотекам. Когда идет у бизнесменов конфликт, виноваты оба. Надо их насильно разводить. Мои преимущества: я с уважением отношусь к мужчинам, мне с ними мериться нечем, я вполне могу в деталях уступить, не постесняюсь и доброе слово сказать — мне это не доставляет неудобств. Я смертельные ситуации решаю миром.
Чудовищная правда Слово за слово, под сладкие груши с кишмишем, из уст Елены я узнаю чудовищную правду о том, чем занимаются между собой мужчины под предлогом коммерции и частного предпринимательства.
Картины, преисполненные мракобесия и коварства, открываются мне.
Как они берут друг у дружки кредиты, а потом аннулируют свои фирмы, за 300 долларов открывают новые, переводят все на их счета и ничего не возвращают! Или бывает такая дичь: предлагают оптовые поставки со склада по сверхнизким ценам. Покупатель приезжает, оформляет, понимаешь, сделку, даже и часть проплачивает налом, но тут внезапно рабочий день истек, говорят — приезжайте за товаром завтра. Завтра приезжает — ни товара, ни склада, ни вообще фирмы! А?! Или так: магазины друг другу товар продают, создают видимость оборота, под этот оборот берут кредиты в банках — и опять же исчезают, исчезают! Законным способом денег не вернешь — значит, что? Разборки, наезды, стрелки и другие громкие дела. Да и убить-то живого человека совершенно недорого — если в масштабах Листьева, то 20 тысяч долларов за все. А за среднего, невыдающегося гражданина — и двух тысяч хватит. Чем еще ситуация осложняется: раньше только с крышами приходилось дело иметь бизнесмену, отстегивать за якобы прикрытие. Теперь же все чаще наезжают с помощью милиционеров.
Иной раз руоповцы приезжают вязать бандитов, а кого встречают на той, на вражеской, стороне? Своего же! Тот — за табельное оружие и давай палить, такой междусобойчик. Но и бандиты уже не те, что были когда-то, в адидасах и ошейниках. Психологически взматерели. Например: группировка делится на две части. Одна прессует клиента по совершенно абстрактному поводу — не так посмотрел, не там машину припарковал; а вторая же часть рисует клиенту будущее черными красками — какая страшная на него группировка наехала — и предлагает спасение за огромную сумму, которую потом и делят с напарниками. Это же какой обман! Узнав про всю эту уродливость, я лишний раз порадовался, что моя частнопредпринимательская деятельность оборвалась в восьмилетнем возрасте, при попытке обмена в «Шереметьево-2» двух так называемых октябрятских значков на хоть какую-нибудь граммульку чуингама, каковую попытку пресекла доблестная госбезопасность, о чем безотлагательно оповестила семью, школу и всю октябрятскую организацию.
В бизнес с тех пор я не возвращался.
Да, но что же среди язв и пуль, среди мошенничества и мздоимства делает молодая женщина, мать десятилетнего сына, конструктор одежды и завсегдатай элитного «Английского клуба», куда ее подружески рекомендовал Александр Анатольевич Ширвиндт? Так она идет практически на цыпочках на кухню, так по-домашнему приносит яблочного сока, и именно такого, какого я хочу, что совершенно к ней не вяжется кобура с пистолетом, и, быть может, не одним, который ей положен по роду службы, по совершенно неженскому роду.
Мои мысли — о судьбах русской женщины. Да, именно так.
Мои мысли о судьбах русской женщины (посвящается Ё. Г. Андреевой) Отдыхай, Мастер! Маргарита уже и без тебя управится, все, что надо, сама сделает! Ее обет молчания истек, она уже жива, и расторможена, и растаможена, в ее страдательном залоге пробита брешь, оттуда хлынула Америка со скоростью нового света, самооткрытая Америка! Многие поколения русских мужчин, включая Льва Толстого, померли, так и не узнав, что она-то о них обо всех думает — спутница тревог, соседка по горизонтали, кантите неглижабль. Чтоб как-то к женщине подмазаться, узнать о тайных замыслах ее, мы сделали упор на Крупскую, вслед за лайкой запустили ее в космос, подсадили на бульдозер, дали равных денег, равных прав на брачную измену — адюльтерьеры диким лаем пронзили наши дома до каждой панели! Женщина стала избирать и быть избранной. Играть в футболхоккей. Носить брюки. Пить наравне и превосходя. Игнорировать деторождение. Править страною под видом генсекш.
Но потеплело ли через это между нами? Законтачило ль? Было ли равенство ее целью? Да ничуть! И вот — она сама пришла! И объяснила, что ей нужно! О, майн херц! Сие контакту с НЛО подобно! Всплытью Атлантиды! Говорящему дельфину! Оказывается, в России на излете двадцатого века главное для нее — развести мужчин.
Сберечь их, сохранить, спасти для алькова, для партнерства ради мира! Сигнализирует она: спасение — на поприще факультативном! И от этого теплеет повсюду... Значит, мы не одни и нашим половинам небезразличны! Хотя, чтоб убедить нас в этом, им пришлось овладеть рукопашным боем и стрельбой с бедра... Но это же ради жизни на земле! Ради жизни на земле Значит, на исходе двадцатого века русская женщина Елена стала хозяюшкой охранной фирмы, одной из ключевых в Москве. Под ружьем у нее 300 героических мужей, сплошь офицеры, бывшие спецназовцы, собровцы, омоновцы, альфовцы. Когда она входит, а входит она неизменно декольтированная и в аттрактивной мини-юбке, — все они встают, будь-то авторитеты, будь милицейские чины. Когда она выезжает на стрелку, разборка плавно переходит в плоскость беседы.
Жила-была таганская москвичка, комсомолка, активистка, победительница всесоюзных олимпиад по физике — теперь она, возможно, единственная в Москве при мужчинах телохранительница, хотя телоохрана по закону у нас запрещена, защищать жизнь и здоровье физического лица нельзя, поэтому оформляется защита имущества или ценного документа, которые есть у клиента, — любая ценная бумажка, 10 тысяч рублей, допустим, у кого они есть. Под ее охраной банки, игорные заведения, ночные клубы, американские страховые компании. Круги мужчин, доверяющих ей свою безопасность, — от правительственных до театральных. А ведь не церемонится она с нами! Жесткая у нее позиция, так прямо сама о себе и говорит: ой, жесткая.
— Никаких уступок криминалу. Никакой мзды крыше. Был у меня клиент — иностранец. Очень ему нравилось, делая бизнес в Москве, дружить с лидерами кавказской группировки. Дружить семьями, приводить их к себе в дом — в общем, по лезвию бритвы ходить.
И кавказцы однажды помогли ему с продажей конкретного товара — подъехали, поговорили, сделку ускорили. Проходит четыре года. Приезжают эти милые друзья к моему клиенту и говорят: «Помнишь, мы тебе помогли когда-то? А теперь, дружок, дай нам, пожалуйста, двести тысяч долларов». Он говорит: «Нет у меня такой суммы, да и за что?!» — «Но мы же тебе помогли? А теперь нам плохо, помоги ты нам!» Ходят к нему в офис, на дом. За границей скрываться бесполезно — найдут. Еле отбила... Поэтому я своим клиентам говорю: криминальной дружбы быть не должно. Один раз уступишь — и ты для них сладкий клиент, будут держать на поводке.
— А что, Лена, не бывает ли вам, допустим, не по себе из-за такой-то жесткости? — спрашиваю я, когда виноград исчерпан и проблемы российского бизнеса волнуют уже не так остро.
— Мне не по себе от другого бывает. Видите ли, никто из моих клиентов не относится ко мне как к женщине.
- Д а ? ! — Да, несмотря на весь мой вызывающий антураж. Только как к профессионалке. Как к охраннице. К спасительнице, в лучшем случае.
Да как же это, братцы! Что за недоразумение! Тогда зачем мы это все наколбасили, зачем эти стреляные гильзы и утюги на брюшную полость, если не ради фемины?! Зачем банки, стрелки, наезды, реформы?! Зачем корячиться, изображать «старика и море» вручную, если не ради щегольства перед обратной половиной человечества?! Кто еще так погребет и оплачет опавших? Разве же все эти страшные глаза и агрессия не за тем, чтоб пришла одна такая, с эллинским начесом, и Елена Андреева в свободное от работы с мужчинами время сказала властно: все, хватит, война окончена, разойтись по домам! «Что Троя вам, когда бы не Елена, что Троя вам тогда, ахейские мужи?! » Разве что-то изменилось, с тех пор как за тысячу лет до нашей эры некий Парис увел у некоего Менелая его жену Елену, чем спровоцировал троянскую разборку, в которой много конкретных парней полегло...
Тогда Елена была зачинщицей драк. Теперь она разводит мужчин.
И то и другое ей одинаково к лицу.
ИГОРЬ МАРТЫНОВ
Журнал «Столица», номер 11 за 1997 год.
рейтинг: 
  • Нравится
  • 0
Номер Столицы: 1997-11
Фото дня
Обложка дня
Опрос
Нужны ли на сайте статьи из других журналов?