•   Последние или как я собирала новогодний стол 
  •   Эпитафия советскому року 
  •   Позвольте еще раз поправить Захарова 
  •   Я арестовал заместителя Власова 

Святая пустота

Забуддела Москва, задзенилась! Роскошно буддийское лето! Золотая дремотная Азия как никогда опочила на куполах! Тополиная тля догрызает последние шторы, на людях прорезался первый загар, а хотя бы и загар тракториста: рука по локоть, фэйс по выю, дальше лучше не обнажать.
Зелень крепнет, доллар падает, жизнь течет нехотя, лениво, в свободном отпускном режиме — такое может себе позволить только Москва...
Мы славно поработали и славно отдохнем! Мертвый сезон — единственное время, когда Москва бывает собой — спокойной и несуетной.
Долой штрейкбрехерство, трудоголизм и жажду нажив! В июле другие столичные боги сданы в утиль — уступили немаленькому Будде. Ваше слово, товарищ Будда! Ты хорошо заметен из любых позиций, вчера я видел тебя из кресла стоматолога. «До восемнадцати ноль-ноль мы рвем, а после — лечим», — шепнула мне на ушко зубная слесарша.
Сама вся в чем-то ветхом, затрапезном, и капало с потолка, как от триппера, и пахло прошлогодним желудем, и нестабильно выла бормашина.
Зато после 18.00 там было не узнать! Со стен свисали подлинники, голые нубийки споро разливали платину на пломбы и та же стоматолог в чем-то вечернем от Диора глядела мне в дупло с влюбленным трепетом, как фея всего блендамеда! И не рвала, а лечила, лечила! Кто-то скажет: подумаешь, типичная платность услуг.
А я говорю: Москва расслабилась. Она уже не боится показаться не только в отутюженном с люрексом, но и в чем-то домашнем и простом, в чем-то с заднего двора, в штопаном асфальте, с распахнутым напротив МИДа колодцем. Но ведь москвичи-то знают, что колодец всегда распахнут, — значит, объедут москвичи, а кто не объедет — тот и не москвич! Летом этот город перестает себя стыдиться, не лезет в образцовые — не без ехидства он наблюдает за потугами своих властей достичь стерильности: на каждую такую чистку он отвечает разрухой в соседнем районе, а на месте каждой умерщвленной бездомной собаки вырастает альтернативный дикий кот, полученный путем обыкновенной реинкарнации...


А не надо нам стерилизации и повсеместного фасада! Да мы такие, да! Какие есть! И памятник Чкалову на развилке в Старбеево с оторванным мизинцем, в лопоухом неказистом шлеме, покрашенный фальшивым серебром, нам так же дорог, как блеск газпромных витражей и искусственная пальма в хаммере.
В июле нет смысла становиться лучше, а тем более — хуже. Можно уравняться себе, пользуясь пляжной терпимостью к лишнему жирку и сорнякам на теле и душе...
Стать собой уже при жизни нам завещал товарищ Будда.
Московский дзен — это после тоталитарных зажимов полное истребление принципов, это подавление процесса самокритики и самобичевания. Ура! Процесс дальше не пройдет, процесс подавлен в ставропольском зародыше. Так прописал гуру Секида Кацуки: широко раскрыв глаза, долго смотрите в одну точку, не позволяйте глазам двигаться; потом притормозите, насколько можно, дыхание и не давайте критическим мыслям всплывать. Вы почувствуете еще где-то на окраинах мозга подобие думы, но ее можно и нужно отсечь. Глаза будут все видеть, но никаких мыслей по поводу увиденного не появится. Добро и зло, блеск и нищета воспримутся с равным восторгом.
Ежели так практиковаться хотя бы по полчаса в день, то легко покорится главная вершина буддизма — шуньята, она же пустота.
Пора напиться из источника жизни, а не питаться слухами о ней! Нет писаний, законов, ограничений, дзену противно все, что неестественно прибавляется и насильно вырывается.
Будь покорен карме, плыви по течению сретенок и самотек! Как это умеет истинный москвич, самый стихийный буддист планеты.
Зачем тебе Тибет, зачем Шамбала с Катманду? Сансара уже здесь, в родном стационаре.
ИГОРЬ МАРТЫНОВ
Журнал «Столица», номер 10 за 1997 год.
рейтинг: 
  • Нравится
  • 0
Номер Столицы: 1997-10
Фото дня
Обложка дня
Опрос
Нужны ли на сайте статьи из других журналов?