•   Последние или как я собирала новогодний стол 
  •   Эпитафия советскому року 
  •   Позвольте еще раз поправить Захарова 
  •   Я арестовал заместителя Власова 

Милиционеры быстрого следования

Милиционеры быстрого следованияЕсть в московском ГАИ элитное подразделение — 10-й отдел. Для своих — «десятка». Его сотрудники сопровождали в поездках всех первых лиц государства начиная с Хрущева. 1 июля отделу исполнилось 50 лет. Повод неплохой, чтобы поговорить с милиционерами и спросить, чем они там занимаются.
Добрые люди
Десятку создали в июле 1947 года как резервное подразделение Отдела регулирования уличного движения (ОРУД). Весь личный состав посадили на американские мотоциклы «харлеи». А автомобилей тогда всего два было — «Победа» для начальника Сторублева да полуторка для, так сказать, массовых мероприятий — на картошку выехать или еще что. Своей, четко закрепленной за отделом территории, не было. Сегодня, скажем, инспектор патрулирует Ильинское шоссе, завтра — аварию на Смоленской площади оформляет, послезавтра — сопровождает негабаритный груз в Каширу. И все на «харлеях».
Даже сам начальник Сторублев на этих мотоциклах ездил, машиной редко пользовался. Бывало, залетит в гараж, а дежурный зазевается, «харлей» сразу не примет, так он мотоцикл прямо на пол бросит, развернется и уйдет.
Крутой был мужик. В 1957 году застрелился. Из-за чего толком не известно. Выстроили личный состав поутру и объявили: погиб, дескать, подполковник Сторублев при трагических обстоятельствах. Но слухи потом ходили. Было якобы так. Стояли в отделе шесть резервных, так называемых сигнальных мотоциклов. Берегли их, из гаража редко выводили, только по большим праздникам. Скажем, чтобы 9 мая эстафету бегунов по Садовому кольцу сопроводить.


Так вот Сторублев якобы два этих «харлея», пользуясь служебным положением, списал и продал. А когда дело вскрылось, суда не стал дожидаться, пустил себе пулю в лоб. Так это или нет, сейчас уже никто не скажет. Даже имя и отчество своего бывшего руководителя забыли ветераны десятки. В архивах только инициалы сохранились — В. И.
В общем, не стало В. И. Сторублева. А отдел в скором времени пересадили с «харлеев» на двадцать первые «Волги». С виду вполне обычные, только под капотом двигатели 180-сильные, от «Чайки».
С ними «Волги» легко 200 километров в час идти могли. Правда, поначалу мало кто так разгоняться отваживался: на скорости мотало машину по дороге из стороны в сторону. Потом уж придумали орудовцы: в багажник стали класть 100-килограммовые чугунные плиты. С ними-то «Волги» поустойчивее на дороге держались.
Суперавтомобили, кстати сказать, выдали милиционерам не просто так. Дело в том, что Никита Сергеевич Хрущев распорядился, чтобы орудовцы его во всех поездках сопровождали. Сталин, тот никого возле себя видеть не хотел, кроме личной охраны. А Никита Сергеевич, руководитель демократического склада, решил довериться милиции.
Впрочем, служили тогда в десятке и люди из бывшей сталинской охраны. К примеру, Александр Иванович Мягков. Здоровый такой мужчина, кулаки с младенческую голову. Он, прежде чем в десятку прийти, 10 лет на ближней даче простоял, прямо в кабинете Иосифа Виссарионовича, за занавеской. На всякий случай. Ветеран десятки, 68-летний Мирон Григорьевич Руденский хорошо Мягкова помнит.
Да и Хрущева тоже. При нем ведь его служба и начиналась.
Был тогда Мирон Григорьевич совсем молодым лейтенантом. И сопровождать руководителя партии и правительства на машине ему пока еще не доверяли.
Поэтому должен он был просто стоять вместе с другими такими же молодыми инспекторами на правительственных трассах и во время проезда Никиты Сергеевича и его соратников перекрывать эти трассы «по первому варианту», то есть так, чтобы муха не пролетела. Хорошо помнит Мирон Григорьевич свой дебют: стоял он с товарищами на Киевском шоссе, у Мешково, охранял дорогу во Внуково. И вот — летит колонна. Впереди — две «Волги» милицейские, за ними — Хрущев на «Чайке», сзади, конечно, комитетчики поспешают.
Инспектора вдоль обочины в струнку вытягиваются, честь отдают.
Вроде все хорошо. А на следующий день — звонок в отдел из ЦК. Недоволен, говорят, Никита Сергеевич обслуживанием. Милиции слишком много вдоль дороги понатыкано. Такое впечатление, что генерального секретаря от собственного народа охраняют. А чего ему народа бояться? Народ Никиту Сергеевича любит.
Руководство десятки критику к сведению приняло. Но количество инспекторов вдоль правительственных трасс уменьшать не стало.
Просто попрятались милиционеры за придорожные кустики и бугорки. Оттуда и следили за тем, чтобы на трассу никто лишний не пробрался.
Позже был у десятки еще один капризный клиент — первый секретарь МГК КПСС Виктор Васильевич Гришин. С ним ездить никто не любил. Что ни поездка, то нагоняй. Привезли его, к примеру, на овощную базу. Он в претензии: зачем по дороге сирены включали, шумели? Обратно колонна потихоньку едет, по всем правилам, даже на светофорах останавливается. И опять недоволен Виктор Васильевич: слишком медленно, дескать, ехали. Никакой благодарности. Но были и люди с понятием.
Вот сопровождал как-то раз в начале 70-х Мирон Григорьевич (он тогда уже сам машину водил) делегацию Министерства внутренних дел ГДР. Прием правительственный на Ленинских горах закончился, поступает команда: за полчаса — в Шереметьево. В общем, ничего особенного. Но день тогда тяжелый выдался: только-только перед этим по улице Горького Индиру Ганди везли. Для нее, понятно, движение перекрыли. Колонна прошла, и тут с окрестных улиц простые граждане на своем транспорте повалили. Заново трассу расчистить за 10 минут нереально. Пришлось ехать в общем потоке. Лавировали как могли, но поспели в срок, уложились. Самолет с немцами взлетел, и тут подходит к Мирону Григорьевичу и его товарищам министр внутренних дел Николай Анисимович Щелоков. Большое, говорит, вам спасибо, товарищи офицеры, за успешное выполнение поставленной задачи. И руки всем пожал. Вот оно как.
Заместитель Щелокова, Юрий Михайлович Чурбанов, тоже душевный человек. Как-то проводил зарубежную делегацию, а сам в ресторане шереметьевском засел. Милиционеры из десятки его в машинах ждут. Вдруг выбегает из ресторана один из охранников Чурбанова, протягивает инспекторам пакет с бутербродами и минеральной водой. Юрий Михайлович, говорит, просил извиниться, что сразу о вас позаботиться не догадался.
Такой вот был человек Чурбанов. Под стать своему тестю — маршалу Советского Союза Леониду Ильичу Брежневу.
Дорогой Леонид Ильич
Дорогого Леонида Ильича, надо сказать, в десятке вспоминают с уважением. Скромный был руководитель, участливый. При нем в десятке «мерседесы» и BMW появились. Бывало, что и сам машину вел: от дачи на Сколковском шоссе до Завидово. Иногда из-за этого его увлечения автомобилями разные казусы бывали. Наподобие того, что случился в 1972 году с инспектором десятки Николаем Федоровичем Абрамовым.
Стоял Николай Федорович Абрамов на посту на Сколковском шоссе. Вдруг видит — правительственная колонна едет. А впереди нее — крохотный автомобильчик, фольксваген-жук, что ли? Откуда взялся, непонятно. Все ведь перекрыто. Заметался Николай Федорович Абрамов. Что это, думает, здесь еще за мусор на дороге болтается?! Замахал отчаянно палкой — прижмись, дескать, фольксваген, хоть к обочине, мать твою еб! Но водитель — ноль внимания. И вот приблизилась эта машинка, и видит Николай Федорович, что за рулем-то сам Леонид Ильич. Улыбается, доволен произведенным эффектом и рукой инспектору машет.
Брежнев в Завидово каждую пятницу приезжал. Вечером приедет — в воскресенье обратно. Рыбу там ловил, на кабанов охотился.
Как правило, успешно. Мирон Григорьевич Руденский об этих успехах так судил. Если появились в завидовской столовой котлеты из кабанины, значит, не подвел генерального секретаря верный глаз. Вообще, в Завидово милиционеров из десятки запросто пускали. Естественно, после того, как сам Брежнев за ворота проедет.
Порядок такой был: километра за два до заповедника сопровождающие от колонны отрывались и вперед уезжали. Как Брежнев к воротам подкатит, они уже там стоят по стойке смирно, честь отдают.
Леонид Ильич всегда взаимностью отвечал. Улыбнется в ответ или просто рукой помашет.
А главное, ценил Брежнев людей. Тех, кто ему служил верно, никогда не забывал. Один только пример. В 1981 году ехал Леонид Ильич по Ленинградке в Завидово. Расстояние между головной милицейской машиной и брежневским лимузином — метров сто. И вдруг водитель грузового ЗИЛа, которого к обочине прижали, неожиданно вырулить решил да и раскорячился прямо поперек дороги. Милиционеры в принципе отвернуть могли, но сзади-то генсек едет. Вдруг его водитель затормозить не успеет. Что делать? Пошли на таран.
От удара у ЗИЛа передняя ось вылетела. Милицейский «мерседес» — на списание, водителя грузовика — под суд. А троих сотрудников десятки — Александра Дугачева, Александра Калачева и Станислава Бурдасова — по личному распоряжению Брежнева наградили орденами Красной Звезды. Хорошо еще, что не посмертно. Бурдасову награда особенно тяжело досталась: руку до кости ободрал, челюсть по кускам в госпитале Бурденко собирали.
Впрочем, Леонид Ильич не только за такие выдающиеся подвиги людей поощрял. Мирона Григорьевича он, например, лично в майоры произвел. Тот его как-то особенно лихо из Кремля в Завидово «провел ». Генсеку понравилось, спрашивает: как, мол, тебя отметить — денег выписать, что ли, или звезду на погоны добавить? Звезду, отвечает Мирон Григорьевич. Был он в то время капитаном: для старшего инспектора предел. А тут в одночасье майором сделался и стал 350 рублей получать.
Отблагодарить инспекторов и другие руководящие работники старались. Алексей Николаевич Косыгин, например, часто «ребятишкам на штанишки» отстегивал по четвертному. Все быстро ездить любили.
Кроме идеологического работника Михаила Андреевича Суслова.
Очень был педантичный человек — раз написано в правилах: «Скорость движения в населенных пунктах не выше 60 километров в час», значит, больше нельзя. А поскольку Михаил Андреевич после Леонида Ильича был вторым человеком, то обгонять его никто не смел. Мирон Григорьевич частенько такую картину наблюдал: тащится Суслов по Кутузовскому проспекту с дачи в Кремль, а за ним — длинная вереница. Косыгин, Громыко, и так чуть не до самого горизонта. С городской же своей квартиры у Никитских ворот Михаил Андреевич в Кремль вообще пешком ходил. Идет себе вдоль улицы, а следом колонна машин потихоньку катится.
Выполняем вашу заявку Нынешней десяткой руководит подполковник Василий Иванович Бардак. Фамилия, сражу скажу, у него казацкая, с правильным ударением на первом слоге. В подчинении у Василия Ивановича 290 человек личного состава. Все офицеры. Средний возраст — 35 лет.
Средняя зарплата — полтора миллиона рублей.
Машины в отделе хорошие, надежные, почти сплошь иномарки: «форды», BMW, «мерседесы», «крайслеры», «шевроле» — и немножко «Жигулей». Всего 88 машиноединиц. Любимые, конечно, «мерседесы». У BMW подвеска слабовата. А «форды» огромные, без антиблокировочной тормозной системы, при массе в три тонны и двигателе в 360 лошадиных сил зимой просто неуправляемы. На таком и «Запорожец» на скользкой дороге не «сделаешь». Но в целом своим автопарком Василий Иванович доволен. Правда, опасается подполковник Бардак, как бы не отобрали у него иномарки. Додумался же Немцов чиновников на «Волги» пересадить. Десятки нововведение пока не касается, но кто знает, что дальше будет.
Впрочем, десятка ведь больше и не десятка вовсе. В феврале этого года в связи с изменением нумерации подразделений Госавтоинспекции переименовали ее в восьмой отдел УГАИ ГУВД Москвы. Но офицеры здешние все равно коллегам из других отделов представляются по-старому: я, мол, из десятки. Да и функции у отдела прежние остались.
Большинство сотрудников занимаются обычной для ГАИ работой.
Стоят на перекрестках, машины угнанные ищут, аварии оформляют.
А еще сопровождают банковские броневики с золотом и валютой, пионерские колонны, важные похоронные процессии. До недавнего времени возили военные самолеты с завода имени Хруничева на аэродром в Жуковский. А однажды даже этапировали из питерского зоопарка в московский жирафа Самсона.
Но, конечно, главное назначение десятки — это сопровождение высших должностных лиц государства. И занимаются этим в отделе только 60 человек. Самые-самые. Кто проработал в десятке не меньше пяти лет, машину вести может хоть с закрытыми глазами и город знает как свои пять пальцев. Работают совместно с Федеральной службой охраны. Оттуда «заявки» поступают. Скажем, такая: «Провести автоколонну премьер-министра Виктора Степановича Черномырдина от Кремля до Егорьевской птицефабрики». Получает такую заявку инспектор десятки, садится в служебный «мерседес» или BMW и отправляется на «прокатку».
Что такое «прокатка »? Объясняю. Прежде чем везти куда-нибудь премьера или, скажем, президента, милиционер должен в одиночку по предполагаемому маршруту проехать. Посмотреть, что там и как, где какие повороты, как к нужному объекту лучше подобраться. Он ведь потом колонну за собой поведет. Куда он поедет, туда и все.
Нет, конечно, трассу до Шереметьево никто не прокатывает, ее любой инспектор из десятки как облупленную знает. Но случаи бывают разные.
Я, к примеру, съездил на «прокатку» со старшим лейтенантом Алексеем Алексеевым. Заявка такая была: «К 14.30 сопроводить вицепремьера правительства РФ Олега Сысуева в федеральный методический центр в Болшево». Вот и все координаты. Что за центр, где точно находится — ничего нет. Подивился, конечно, лейтенант Алексеев такой ориентировке, но потом решил, что Болшево — это Калининград, там одни «почтовые ящики ». А у них известно какие адреса.
Сели, поехали. Стрелка спидометра ниже 130 километров не опускается. Летает алексеевский BMW по дороге. Из правого ряда в левый, с самой обочины на середину трассы. Подмаргивает милиционер-водитель простым людям фарами, сигналит: пропусти, дескать.
На светофорах, правда, пока еще стоит. Но когда с Сысуевым поедет — никаких остановок. Врубит мигалки, сирену и — только вперед. С Алексеевым тогда еще «подсадчик» будет — второй милиционер, который с рацией работает, подсказывает попутным постам, как лучше «трассу протянуть»: где движение перекрыть, где поток ограничить.
До Калининграда от улицы Добролюбова, где базируется отдел, добрались за 12 минут. А там проблемы начались. Где этот федеральный центр? Никто не знает.
— Да ты адрес, командир, адрес скажи! — просит очередной лейтенант из местного ГАИ.
— С адресом-то каждый дурак найдет, — злится на отсутствие взаимопонимания Алексеев.
Только минут через сорок по рации уточнение пришло — искать надо Федеральный методический центр иммиграционной службы на Луговой улице. Покрутились мы еще по округе, опросили местное население — торговку мясом, двух подростков на мотоцикле — и нашли его возле станции «Валентиновка», за длинным зеленым забором бывших цэковских дач.
На обратном пути я попросил лейтенанта Алексеева рассказать мне какую-нибудь историю из дорожной жизни нынешних руководителей нашей Родины. Но лейтенант только отмахнулся: чего, говорит, про них рассказывать? И вот ведь что удивительно! Просил я об этом и других сотрудников нынешней десятки. И все мне так же отвечали. Ну да, говорили, быстро Черномырдин на своем «шестисотом» летает за городом.
Меньше 210 километров не опускается. Лужков? А что Лужков — у Лужкова «Волга». С виду неказистая, но бегает резво, потому что двигатель у нее от «форда» стоит.
А больше ничего не могут сказать про нынешних руководителей милиционеры из десятки. Заказ получили, отвезли-привезли. Вот и вся история. Никто больше не здоровается с ними за руку, не передает пакетов с бутербродами и минеральной водой, котлетами из кабанины не кормит. А Ельцин? Ельцина они толком и не видели. У него охрана большая и стекла в «мерседесе» с бронзовой тонировкой. Разве за такими что-нибудь разглядишь? Все-таки страшно далеки нынешние правители от народа. Такая вот, понимаешь, демократия.
СЕРГЕЙ ШЕРСТЕННИКОВ
P. S. Первого июля десятка отпраздновала свое 50-летие. Сотрудникам отдела раздали памятные часы, дополнительные звезды на погоны, премии, юбилейные нагрудные знаки и книжку об истории отдела. «Вся жизнь — дорога» называется. Наверное, интересная.
Поздравляем!
Журнал «Столица», номер 10 за 1997 год.
рейтинг: 
  • Нравится
  • 20
Номер Столицы: 1997-10
Фото дня
Обложка дня
Опрос
Нужны ли на сайте статьи из других журналов?