•   Последние или как я собирала новогодний стол 
  •   Эпитафия советскому року 
  •   Позвольте еще раз поправить Захарова 
  •   Я арестовал заместителя Власова 

Крепче за машину держись, шофер

Крепче за машину держись, шоферВ Мосгорсуде завершилась эпохальная тяжба. Городское правосудие рассмотрело жалобу КонфОП (Конфедерация обществ потребителей), просившей признать незаконным постановление правительства Москвы об эвакуаторах. Эвакуаторы, согласно постановлению мэра Лужкова, имеют право угонять на штрафные стоянки неправильно припаркованные автомобили и не возвращать их владельцам до тех пор, пока те не заплатят за «услуги» по доставке арестованной машины на стоянку и за хранение ее в муниципальном плену. Процесс прошел на удивление быстро. Не успели газеты оповестить трудящихся о его начале, как суд уже решил: в жалобе КонфОП отказать. Мотивировка скорого решения еще не готова. Вынесшая его судья Ольга Егорова говорить с журналистами отказывается. Поэтому для того чтобы хотя бы примерно представить, какими соображениями руководствовалось правосудие и что ждать в дальнейшем, я пообщался с представителями обеих конфликтующих сторон.
Насилие согласно прейскуранту Сначала я поговорил с адвокатом Марией Рыбниковой, которая представляла в суде интересы общества потребителей.
— Основным нашим аргументом, — объяснила она, — было то, что московское правительство вообще не имело права принимать решения о создании в городе службы эвакуации.


Дело в том, что 55-я статья Конституции России гласит, что меру ответственности, предусмотренную Кодексом об административных правонарушениях, может изменять только федеральное правительство. Какой штраф предусмотрен в этом кодексе за неправильную парковку? 83,5 тысячи рублей. А что сделал Лужков? 16 июня 1996 года он издал свое распоряжение за № 498, в котором разрешил эвакуировать неправильно запаркованные автомобили. Да мало того что эвакуировать, а еще и брать за это с автовладельцев плату за «услуги» эвакуаторов с предприятия под экзотическим названием ГУП ГТО, а также и за хранение машины на штрафной стоянке. То есть даже если автовладелец ухитряется вызволить свой транспорт из плена прямо в день угона, то к 83,5 тысячи за неправильную парковку ему приходится выложить муниципальным угонщикам еще 622 тысячи рублей за так называемые «услуги». Ну а если с вызволением горожанин не торопится, то он должен дополнительно расстаться еще с 292 тысячами за каждый день хранения своей машины.
Таким образом, считает Мария Рыбникова, московские власти самовольно повысили штраф за неправильную парковку как минимум до 705 тысяч рублей, чего делать не имели права. И это при том, что эвакуаторы фактически арестовывают имущество нарушителя. Арестовывают безо всякого решения суда, что по той же Конституции невозможно.
— И почему суд не внял вашим аргументам? — поинтересовался я.
Адвокат Рыбникова только развела руками. Мотивировка еще не готова, а без нее понять судейские резоны сложно. Можно только предполагать. Вот Рыбникова и предполагает. Она считает, что судья Егорова просто согласилась с мнением заместителя начальника государственно-правового управления мэрии Сергея Коровина, отстаивавшего на процессе интересы эвакуаторов.
— Господин Коровин заявил, что служба эвакуации вполне законна, поскольку, дескать, заставляет нарушителей правил парковки оплачивать нанесенный городу ущерб, — говорит адвокат Рыбникова. — По его словам, это то же самое, что оплата химчистки. Но простите, в химчистке мне ведь оказывают услугу, о которой я прошу. И химчистке я не ущерб возмещаю, а оплачиваю амортизацию оборудования,— химсостава... А здесь совсем другое дело — в мое отсутствие кто-то мое пальто почистил и сказал: плати! Абсурдное сравнение. Это же навязывание услуги, которое запрещено законом «О защите прав потребителей», — возмущается Мария Владимировна.
Впрочем, это еще не все аргументы, к которым она прибегла в суде. Был еще и такой: постановление правительства Москвы о создании службы эвакуаторов незаконно уже хотя бы потому, что оно не было должным образом опубликовано. То есть напечатали его всего один раз, в газете «Тверская, 13 », которая за пределами нашего города не распространяется. А между тем, постановление касается не только москвичей, но и гостей столицы, прибывающих сюда на личном автотранспорте. Вот и получается, что их ставят перед фактом.
Сначала угоняют машину уроженца, скажем, Донецка на штрафную стоянку, а только потом рассказывают обескураженному хозяину о постановлении московского правительства.
— И что теперь? — спросил я у Марии Владимировны.
Адвокат Рыбникова ответила мне, что, конечно, КонфОП не смирится с поражением и с теми же аргументами будет добиваться отмены постановления московского правительства в Верховном суде России. Потому что не может, как ни крути, подзаконный акт противоречить Конституции и федеральным законам. Но до тех пор пока тяжба не закончится, столичным автолюбителям надо быть настороже. Эвакуаторы остаются в законе. А решение Мосгорсуда может привести к тому, что районные суды, ранее автоматически удовлетворявшие иски автовладельцев к ГУП ГТО и безвозмездно возвращавшие угнанный транспорт, теперь могут эти иски отклонять. Нет, суды у нас, конечно, независимые. Но практика показывает, что районные судьи, как правило, ориентируются в своих решениях на вышестоящих коллег...
На этом я распрощался с Рыбниковой и поехал беседовать с ее процессуальным противником — Сергеем Коровиным.
Забота о трудящихся В коридоре государственно-правового управления мэрии меня встретила «Птица счастья» — бронзовый павлин работы Зураба Константиновича Церетели. Более того, на кабинете самого Сергея Коровина висела табличка, свидетельствующая о том, что за этой дверью находится вовсе не Коровин, а сам автор птицы, советник мэра и скульптор Зураб Константинович Церетели.
— Он этим кабинетом все равно не пользуется, вот мы его и выселили, — бодро объяснил Сергей Иванович и сразу перешел к делу. — Вы ведь по поводу решения Мосгорсуда? Так вот, решение это обоснованное и, главное, справедливое...
— Да что же в нем справедливого? — удивился я. — У людей ведь машины угоняют, несмотря на законы...
— А вы вот послушайте спокойно, — предложил мне Сергей Иванович и обосновал свое представление о справедливости.
Рассуждает он так: вся земля в нашей стране принадлежит субъектам федерации. То есть столичные дороги принадлежат Москве.
Стало быть, их строительство, ремонт, эксплуатация, содержание ГАИ осуществляется из городской казны. Москва — российский лидер по объему собираемых податей. У Москвы самый большой в стране автопарк. И что же? Да ничего хорошего, потому что все дорожные и автотранспортные налоги у нас федеральные. И деньги, кропотливо собранные с москвичей, в итоге перераспределяются федеральными властями и идут в большинстве своем на развитие дорожной сети Тулы или, скажем, Тамбова. Москве достаются крохи. Что в результате? Новые дороги строить не на что, стоянки тоже, движение затрудняется. Приходится вводить ограничения на парковку. А так как ограничения эти мало кто соблюдает, то машины-нарушители приходится эвакуировать. Естественно, не за бесплатно. Но ведь деньги, взимаемые ГУП ГТО за эвакуацию и хранение автотранспорта, идут в городской бюджет — на них можно построить энное количество новых дорожных километров. Разве это не справедливое решение проблемы? Разве это не замечательно? — Да, но как все-таки быть с нарушением Конституции, права собственников? — возразил я.
— А кто вам сказал, что здесь есть какое-то нарушение Конституции? — ловко парировал Сергей Иванович. — Давайте разбираться. Да, в Конституции записано, что арест имущества недопустим иначе как по решению суда. Но ведь в статье двести девятой Гражданского кодекса четко обозначено: «Права собственника не могут быть осуществлены с нарушением прав других лиц». Это, между прочим, никакой не подзаконный акт, а самый что ни на есть федеральный закон. Теперь смотрим: разве автомобилист, перегородивший своей машиной, скажем, въезд на узкую улицу, не нарушает прав других автомобилистов? Нарушает. И что прикажете делать? В положении о ГАИ записано: сотрудники госавтоинспекции должны такие действия пресечь. А что значит пресечь? Пресечь — значит остановить. Так что эвакуация машины нарушителя — это и есть пресечение. И таким образом получается, что эвакуация — это никакой не арест имущества, а его временное изъятие, удержание. А такое удержание Конституцией не запрещается.
— Сергей Иванович, но раз человек не может свободно получить свое имущество назад, какое же это удержание? Это же арест и есть, — все еще сопротивлялся я. — Вы же, московская власть, фактически увеличили штраф за неправильную парковку, а ведь это компетенция власти федеральной...
— Да ничего мы не увеличивали, — даже обиделся юрист Коровин. — Штраф как был восемьдесят с небольшим тысяч, таким и остался. А все остальное — возмещение расходов ГУП ГТО. А как быть? Если не возмещать эти средства из кармана нарушителя, значит, надо увеличивать налоги. А почему дисциплинированные автомобилисты должны отдуваться за недисциплинированных? Опять же несправедливость выходит.
Тут Сергей Иванович тяжко вздохнул и признался: он ведь тоже человек. Он понимает, что плата за услуги эвакуаторов и хранение автомобилей на стоянках назначена непомерно большая. И поэтому в самое ближайшее время он намерен вынести на рассмотрение правительства Москвы свои предложения по снижению тарифов. Предложений у Сергея Ивановича два, а правители пусть выбирают, какое им больше по душе. Либо вообще сократить все эвакуаторские тарифы в два раза, либо взимать плату за «услуги» дифференцированно, с учетом материального положения нарушителя.
И еще Сергей Иванович хочет предложить правительству принять специальное постановление об административной ответственности эвакуаторов, не соблюдающих правил, установленных распоряжением мэра. Скажем, не подождал такой эвакуатор владельца автомобиля положенные полчаса, утащил машину уже через 10 минут — пусть сам штраф платит.
— Так что все законно, отменять ничего не надо, — сказал мне Коровин на прощание. — Надо просто обеспечить нормальное выполнение правительственного постановления. И все тогда будет хорошо.
Сами посудите: если при обыске следователь крадет кольцо, то виноват не закон, который разрешает обыск, а сам следователь.
На этом я закончил сбор мнений, суждений и взаимных упреков участников судебной драмы. Нельзя сказать, что правительственный юрист Коровин убедил меня в правильности своих высказываний о вселенской справедливости. Совсем нет. Зато я понял, что у нашей власти действительно большие проблемы. Ей нужны деньги. И эти деньги она будет отнимать у нас всеми доступными способами. Ей, власти, это кажется справедливым. И Московский городской суд считает так же. Может быть, именно потому, что он московский.
Что будет дальше? Сказать трудно. Возможно, КонфОП все-таки добьется в Верховном суде отмены постановления об эвакуаторах. Не исключено, что правительство Москвы еще раньше пойдет на уступки и снизит расценки за «услуги». Но от самой затеи оно не откажется. По крайней мере, по доброй воле.
Так что будьте бдительны на улицах, площадях и скверах столицы, дорогие москвичи. Чтобы вам легче жилось на свете, власти могут в любую минуту отобрать у вас автомобиль.
ВАСИЛИЙ ГУЛИН, фото ЮРИЯ ШТУКИНА
Журнал «Столица», номер 09 за 1997 год.
рейтинг: 
  • Нравится
  • 0
Номер Столицы: 1997-09
Фото дня
Обложка дня
Опрос
Нужны ли на сайте статьи из других журналов?