•   Последние или как я собирала новогодний стол 
  •   Эпитафия советскому року 
  •   Позвольте еще раз поправить Захарова 
  •   Я арестовал заместителя Власова 

Евроизба-2002

Есть у нас в Москве, на самом северо-западе, заповедное место. Называется Братцево. В XVIII веке там проживали князья Нарышкины и их многочисленные крестьяне. Теперь не проживает никто. В бывшем господском доме, построенном архитектором Воронихиным, автором Казанского собора в Питере, базируется ресторан Союза театральных деятелей под руководством беженца из Абхазии Левана Армасадзе. Рядом с развалившейся оранжереей — автосервис.
Бывший барский парк теперь больше похож на лес — не имеется ни аллей, ни просек. А от деревни и вовсе ничего не осталось. Но вскоре все изменится к лучшему. Деревню отстроят заново, в самом что ни на есть первозданном виде — с избами, домиком священника, кузницей, мельницей и даже гончарной мастерской. Все это будет действующим.
Сталин — Брежнев — Музыченков Строить избы в современной Москве собрался гендиректор АО «Реконструкция и развитие» Владимир Музыченков. Сам он, хотя и не архитектор по образованию, а специалист по микроволновой технике, к строительству не равнодушен.
На ниве зодчества Владимир Михайлович добился следующих философских успехов: на дворе, по его словам, наступает XXI век, а 90-е ч.годы никакого следа в архитектуре не оставили. Сталин хоть высоток понастроил, Хрущев — сами понимаете, Брежнев — коробок. Пусть убогие они, зато характерные. А теперь что? Не пойми что. Пентхаусы с мансардами и парапеты с коттеджами.
— Да вы хоть знаете, что такое коттедж? — спрашивает меня Владимир Михайлович.
Я, конечно, слыхал. Коттедж — это дом такой. Три этажа там, сауна, бассейн, гараж.
— Никакой это не коттедж, это просто загородный особняк, — обрывает меня Владимир Михайлович. — Коттедж — это домик для отдыха, а не для постоянного жилья. И лично я коттеджей строить не собираюсь. А собираюсь — именно загородные дома, максимально приспособленные для жизни человека.


А как приспособить русского человека к жизни, если у него нет мансарды? Владимир Михайлович в этом уже разобрался, литературу почитал, с архитекторами посоветовался. И выяснил, что нет ни чего лучшего для жизни, чем русская усадьба XVIII-XIX веков. Основной принцип ее постройки — «разнесенность в пространстве всех зон жизнедеятельности». Что в переводе с архитектурного на общечеловеческий означает: сарай, конюшня (гараж) и кухня — все отдельно. Жилые помещения, ротонды, беседки, парк — тоже отдельно. И, конечно, много земли, река и пруд с рыбой всякой.
Вот он, русский размах. Это вам не римские виллы между скал. И не американские домики с карликовыми садиками. И уж, конечно, не новорусские особняки, по недоразумению именуемые коттеджами.
— Это вот как называется: пацан немного поднялся, сделал себе типа того что особняк — три этажа, сауна, все дела. Начал жить туда-сюда. Поднимается на третий этаж. И видит, что все вокруг застроено такими же скворечниками. — В голосе Владимира Михайловича звучит досада.
Реконструкция и развитие Но это сейчас Владимир Михайлович такой подкованный. А начиналась его затея с Братцево просто, без размаха. Закончил он институт электронного машиностроения и до 1987 года трудился в «почтовом ящике». Потом денег захотелось, уволился с государственной службы и организовал собственное предприятие. Разбогател. Купил в Братцево два старых дома — все, что осталось от деревни. Приготовился пожить на лоне природы, побаловаться хозяйством вдали от городского шума.
Дело было за малым — получить разрешение на снос обветшалой собственности и строительство новой. Но в префектуре Виктору Михайловичу сказали, что кудряво жить в Москве и дурак сможет, а вот позаботиться об общественном благе должен умный. И если он такой умный, то пусть усадьбу в Братцево отреставрирует. И церковь, кстати, заодно. А уж тогда и за свои дома можно будет взяться.
Сельская пастораль неожиданно обернулась коммерческим проектом. Поразмыслив, Музыченков решил-таки отремонтировать усадьбу и церковь, а заодно и взял в аренду пустырь в 35 гектаров, тот самый, где раньше была деревня. Чтобы построить там новый поселок, а дома распродать. При горячем содействии префектуры он создал соответствующее АО и договорился с инвесторами, готовыми вложить в проект 150 миллионов долларов.
Из этих денег 26 миллионов будут вложены в реставрацию усадьбы.
Рабочим предстоит привести в порядок барский дом и церковь, расчистить парк, подсыпать осевший холм с ротондой и восстановить систему прудов, когда-то окружавшую усадьбу. Для этого, кстати, придется перекрыть дамбой речку Сходню. А еще — проредить заросший липой и ольхой яблоневый сад, практически заново создать оранжерею.
Прибыли с этой части проекта «Реконструкция и развитие» не получит. После реконструкции начнется развитие, и из усадьбы выселят ресторан и автосервис. Княжеский же дом останется на балансе Союза театральных деятелей. Планируется разместить в нем какой-нибудь музей, но какой именно — еще не решено. Да и нет Музыченкову до этого дела. Он все в порядок приведет и уйдет на «свои» 35 гектаров. Потому что для него коммерческий и основной интерес представляет вторая часть проекта.
Посольская деревня — Я уже говорил вам, что хочу создать идеальную среду для обитания человека? — переспросил Владимир Михайлович и выдержал паузу.
Я кивнул. И Музыченков рассказал, что он с архитектором Андреем Кукушкиным решил обустроить Братцево, избежав строительства коттеджей. То есть восстановить деревню такой, какой она была при Нарышкиных.
— Мы с помощью аэрофотосъемки определили, где и какие постройки находились, — поделился со мной Владимир Михайлович. — Насчитали тридцать две избы, гончарную мастерскую, кузницу, пекарню, мельницу и дом священника.
Все это будет восстановлено в полном объеме, с максимальной, как сказано в проекте, «тактичностью застройки и сохранением стиля и атмосферы». В кузнице на потеху публике будут ковать железо. В доме священника поселится батюшка из церкви Покрова Пресвятой Богородицы. На мельнице станут молоть муку, а в пекарне — печь хлеб для жителей деревни.
Но особенно Владимир Михайлович гордится новыми избами. Собственно, избами они будут выглядеть лишь снаружи. Бревенчатые, некоторые с каменным первым этажом, с резными наличниками, с петухами на коньках крыш. Зато внутри — настоящая Европа. Пять-шесть комнат на двух уровнях и терраса. Современная мебель, полный комплект сантехники. Плюс, конечно, гаражи — ничего не поделаешь, прогресс. Но и они снаружи будут стилизованы под старину, проще говоря, под скотные дворы. А внутри, конечно, будут дворами евроскотными.
— Это наш след в архитектуре, — утверждает Владимир Михайлович. — С одной стороны, полная гармония с природой, со старинной усадьбой. С другой — все удобства.
Евроизбы не выставят в свободную продажу. По договоренности с мэрией, АО будет продавать их только представительствам российских регионов в Москве.
— Они сейчас осаждают мэрию просьбами выделить им участок земли, чтобы построить свой домик. Их спрашивают: что строить будете? Оказывается, очередную «стекляшку». Но во-первых, у нас в городе места и так мало. А во-вторых, к чему его лишний раз уродовать? — рассуждает Музыченков.
— А какие лее дороги будут в посольской деревне? — Какие были дороги в восемнадцатом веке? Грязь да бревенчатые тротуары. Надо же выдерживать стилистику, — отвечает Владимир Михайлович, но тут же успокаивает меня: — Шутка. Не будет грязи.
Но и асфальта тоже не будет. Выложим плиткой из цветного камня.
Так смотрится лучше.
Строительством изб «Реконструкция и развитие» ограничиваться не собирается. В планах — возведение по соседству с деревней домов более современного типа, по стилю напоминающих нечто среднее между Грановитой палатой и домом-теремом художника Васнецова.
— Но это все потом. Пока надо выполнить хотя бы первые две части плана, — говорит Владимир Михайлович.
И с гордостью добавляет, что территория, которую он собирается освоить, в три раза больше Ватикана. Если все сложится нормально, то к 2002 году деревня будет готова. О прибыли с евроизб Владимир Михайлович скромно умалчивает. Говорит только, что прибыль-то многие получают, а вот чтобы кто-нибудь додумался в Москве деревню восстановить... Не было такого. И не только в Москве, но и в России. Так что они в этом деле вроде как пионеры.
Будете готовы? Всегда готовы!
ВАСИЛИЙ ГУЛИН
Журнал «Столица», номер 05 за 1997 год.
рейтинг: 
  • Нравится
  • 0
Номер Столицы: 1997-05
Фото дня
Обложка дня
Опрос
Нужны ли на сайте статьи из других журналов?