•   Последние или как я собирала новогодний стол 
  •   Эпитафия советскому року 
  •   Позвольте еще раз поправить Захарова 
  •   Я арестовал заместителя Власова 

Остатки красной империи на пути к рынку: всего сразу и побольше

Польша, Россия, Чехословакия, Албания. Раньше их объединяла плановая экономика. Теперь пытается объединить экономика рыночная. Стихийная. Непонятная. Зовущая. Есть в этом стремлении к рынку удачи, есть поражения. Есть проникшиеся идеей и полностью отрицающие ее. Есть пристрастные и есть объективные. Картина достаточно пестрая, но все же западные аналитики
пытаются как-то систематизировать эти осколки мозаики, бывшей некогда монолитом.
В ноябре 1989 года пала Берлинская стена. Это было предысторией. У польских реформ срок поменьше — два с половиной года. В Албании демократия делает только первые шаги. Экономическим реформам в России — то есть государственному повышению цен — вообще пять месяцев отроду. Новый мир открывается постепенно. В нем — чехи Праги, казахи Алма-Аты, поляки Гданьска... Тоже разные. Но с одной объединяющей чертой: все они стремятся попасть в международные финансовые организации. В Международный валютный фонд, во Всемирный банк, в Международное финансовое сообщество. История движется быстро. Но, может быть, сейчас как раз время остановиться. На мгновенье. Чтобы лучше понять, кто мы и где мы.


Что из себя представляют сейчас те страны от Вильнюса до Владивостока и от Тираны до Воркуты, которые, навсегда расставшись с коммунизмом, ринулись вдруг осваивать цивилизованный рынок? К чему приведут в конце концов дебаты вокруг путей «построения капитализма»? . Что выберут восточноевропейские страны и страны СНГ: шоковую терапию, предусматривающую немедленный и безусловный переход к капиталистическим отношениям, или все-таки «ступенчатый» метод, менее радикальный, но более растянутый во времени. Какие уроки могут извлечь хлопкопроизводители Киргизии из рыночного опыта рабочих Гданьска или практики «золотых мальчиков» Будапешта? И что думают по этому поводу французские эксперты? Те, которые эти уроки уже извлекли?
«Мы пытаемся сейчас обобщить то, что было наработано за два последних года, — говорит директор Международного валютного фонда в Европе Массимо Руссо. — Основной вывод, который нами уже сделан, состоит в том, что либерализация цен — условие для перехода к рынку необходимое, но отнюдь не достаточное. Нужно ввести так называемые «рыночные институты», сделать легальным то, что до сих пор было под запретом. Этот период рыночного становления достаточно продолжителен. Тем -не менее идеальным вариантом было бы сначала оформить рынок де-юре и только потом перейти к нему де-факто. Однако с точки зрения политической это невозможно. Население посткоммунистических держав совершенно не готово ждать годами. Они хотят всего и как можно быстрее. Что тоже неплохо. Ведь альтернативы рынку человечество еще не придумало».
Внедрение рынка в восточноевропейских странах и СНГ приобретает сейчас совершенно неведомые миру формы. В, одной замкнутой экономической системе уживаются методы «шоковой терапии», с одной стороны, и способы «ступенчатого», постепенного перехода — с другой.
Слишком жесткое, на первый взгляд, определение «шоковая терапия» идеально подходит к восточным странам. Речь идет о настоящем шоке, разве что только не электрическом, когда в застаревшую, не подверженную никаким преобразованиям «социалистическую экономику» со всего маху вводится рыночная «инъекция», которая взрывает всю систему изнутри. Если присмотреться внимательнее к последствиям этого взрыва, то нельзя не увидеть, что сыграл он и положительную роль в рыночной стабилизации: после серии довольно неудачных опытов наметились и первые достижения. Например, можно говорить о некотором упорядочении денежного обращения в странах Восточной Европы, где повышение цен вызвало приток наличных денег и обилие товаров на прилавках частных магазинов, в точном соответствии с количеством денежной массы, находящейся на руках у населения. Активно идет и процесс приватизации, наиболее основательно коснувшийся торгового сектора, что тоже немаловажно. Но все это перечеркивается безработицей, вызванной резким спадом производства, обусловленным как экономическим, так и политическими причинами.
В принципе страны Восточной Европы можно разделить на три категории. К первой относятся те, которые с самого начала пошли по верному пути и сейчас уже близки к тому, что называется нормальной рыночной экономикой. Ко второй — страны, которые до сих пор бьются в сомнениях и никак не могут разобраться в трех соснах. Третья же категория особая, беспросветная. В нее входят страны, ничего не понявшие в великом искусстве — ловить золотую рыбку в мутной рыночной воде и по-прежнему пытающиеся сигануть в пустой бассейн, чтобы поскорее разбиться о кафель.
Первая группа состоит из стран, наиболее продвинувшихся в рыночной экономике, а посему постепенно освобождающихся от «шокового» налета. Они уже форсировали «перестроечный» этап. Безусловный лидер в этой группе — Венгрия. «Венгрия сумела извлечь пользу из того, что реформы в ней начались еще в «дореформенные» времена, — считает Джон Флеминг, эксперт Европейского банка реконструкции и развития. «Перестройку» Будапешт начал еще задолго до либерализации цен, которая имела место только один раз и только в ноябре 90-го. А в феврале 92-го уже начали снижаться темпы инфляции. Это связано в первую очередь с тем, что рыночные реформы в Венгрии были сразу подкреплены строгой финансовой политикой, четко разработанной системой налогообложения и контролем за экспортом и импортом продукции. «На сегодняшний день три четверти венгерской продукции вовлечены в конкурентную борьбу на европейском рынке, — говорит французский эксперт Каспар Бартольди, — и надо сказать, что Венгрия способна держаться на уровне мировых стандартов». Некоторые экономисты уверены даже в том, что венгерская денежная единица — форинт — станет к 1994 году конвертируемой. Единственное, что пока не очень получается, —- это приватизация крупных промышленных предприятий. Государство до сих пор не может уступить свои девяносто процентов собственности. «Вряд ли приватизация пойдет быстрее, — продолжает Бартольди, — наоборот, темпы ее могут упасть, поскольку на данный момент все, что можно было легко продать, уже продано». Однако, несмотря на это, частный сектор дает сейчас двадцать пять процентов валового национального продукта. Не обижена Венгрия и вниманием бизнесменов, на ее долю выпало больше половины всех западных инвестиций в страны Восточной Европы. Если следовать определению одного ответственного работника Международного валютного фонда, «Венгрия встала на две ноги».
В отличие от Венгрии у Польши не было временного кредита. Поэтому «шоковая терапия» шла там по классическому пути: в августе 1989-го были отпущены цены на продукты, а вслед за этим и на все остальные.виды товаров и услуг. К тому же Польша стала первой восточноевропейской страной, установившей внутреннюю конвертируемость национальной валюты. Полная конвертируемость злотого ожидается к 1995—1996 годам. Варшавской бирже ценных бумаг, где польские брокеры демонстрируют свои красные подтяжки, чтобы больше походить на дельцов с нью-йоркской Уолл-стрит, исполнился год. Рост частного сектора составил шестнадцать процентов. Однако «шок» как таковой и разрыв традиционных связей со странами умершего СЭВа вызвали глобальное сокращение производства. Безработица удвоилась по сравнению с 91-м годом, и безработные составляют сейчас около двенадцати процентов всего трудоспособного населения. Сокращение валового национального продукта достигло десяти процентов от первоначального уровня. Это привело к резкому уменьшению доходов государства и к увеличению бюджетного дефицита, который составит в этом году шесть процентов от ВНП, с одной стороны, и к необходимости смягчения финансовой и социальной политики — с другой. Польское правительство стало заложником «социальной защиты населения». Третья страна из «преуспевающей» группы — Чехословакия — пошла по пути настолько сложному с точки зрения экономической, что классификации и описанию он поддается слабо. Государственный ценовой контроль был снят 1 января 1991 года. Инфляция остановилась на уровне шестидесяти процентов, а зарплата была отпущена «на волю». Сокращение валового национального продукта составило в прошлом году 16 процентов. Частный сектор наиболее значителен в сфере торговли и бытовых услуг: только в прошлом году предпринимателям было продано пятнадцать тысяч магазинов и небольших мастерских. Приватизация промышленных предприятий напрямую связана в Чехословакии с процессом конверсии, так как Словакия по праву может гордиться своими военными заводами. По плану же намечено выставить на продажу 2285 предприятий и фирм. По последним сведениям из Праги, сокращение объемов промышленного производства в Чехословакии в этом году прекратилось. Снизился и уровень безработицы. Если в конце прошлого года в Чехословакии насчитывалось 524 тыс. безработных, то сейчас количество «лишних людей» составляет 465 тыс. человек, или 6 процентов самодеятельного населения страны. Темпы инфляции в период с января по апрель 1992 года составили всего 2,3 проц. Средняя номинальная заработная плата за это же время возросла на 20,9 проц. Вывоз чехословацкой продукции в промышленно развитые страны Запада возрос на 45 процентов, внешняя задолженность сократилась и сейчас составляет 9,1 млрд. долларов. Приблизительно столько же должны Чехословакии зарубежные страны. Среди самых крупных должников — бывший Советский Союз и Сирия.
Возможно, в скором времени к трем странам—пионерам рынка присоединится еще одна — Болгария. Но ее сегодняшнее положение вызывает тревогу. Эта небольшая, бедная, по уши влезшая в долги страна тоже освободила цены 1 января 1991 года. За месяц они повысились на сто процентов. Потом еще на пятьдесят — в марте. ВНП в 1991 г. побил все мыслимые и немыслимые рекорды: он упал на двадцать три процента. Но статистика не регистрирует пока взрыва предпринимательской активности. Это наводит на мысль о том, что взрыва просто нет. «Но сроки! — заверяет нас эксперт, вернувшийся недавно из Софии. — За несколько месяцев проделана колоссальная, без преувеличения, работа. Болгары идут верным путем, они принимают рыночные законы, обсуждают приватизацию в парламенте, разрабатывают новые бухгалтерские нормы и так далее. Они двигаются очень быстро». Сами болгары настроены более пессимистично. Об этом свидетельствуют данные социологического исследования, опубликованные в недавнем номере газеты «Труд». Опрос был проведен учеными Национального центра по изучению общественного мнения во второй половине мая. Он охватил около 1000 человек, проживающих в 188 населенных пунктах Болгарии.
Лишь 11 процентов анкетированных уверены, что реформа идет успешно, 47 процентов полагают, что она «буксует», а еще 24 процента — что идет в неверном направлении.
Вторая группа — Гораздо многочисленнее первой, главным образом за счет СНГ и Прибалтики. Ситуация там практически одинаково хаотичная. Россия, безусловно, самая показательная страна из этой группы. От того, как пойдут реформы там, зависит и их ход в других республиках, которые, несмотря на всю свою «независимость», не могут обойтись без России и проигнорировать ее. «То, что делает сейчас Россия, абсолютно беспрецедентно, даже если сравнивать ее с Восточной Европой, — считает Иван Цевари, венгерский представитель в Европейском банке. — Возможно, отмирание имперских законов и дробление страны — единственное, что можно еще хоть как-то соотнести с мировым опытом».
Кстати говоря, советский рубль мог бы с полным правом обрести внутреннюю конвертируемость уже к концу этого года. И безо всяких правительственных программ. Однако сейчас ситуацию в России иначе как драматической не назовешь. Девяносто процентов населения или живут за чертой бедности или приближаются к ней. Доля частного сектора в производстве товаров народного потребления ничтожно мала — около четырех процентов от ВНП. Другие республики, такие, как Латвия, Литва, Эстония, Белоруссия, Казахстан, Таджикистан, Киргизия, решили, кажется, назло всему свету повторять ошибки России.
Если говорить о Восточной Европе, то там на путь «исправления» стали еще две страны: Румыния и Албания, которые, впрочем, только начинают либерализацию экономики. Румыния освободила цены 1 августа прошлого года и создала одновременно довольно неплохую систему приватизационных обществ, призванных координировать этот нелегкий и, более того, нескорый процесс. Тридцать процентов учрежденных акций будет передано в бессрочное пользование населению, а остальные семьдесят процентов созданные общества попытаются продать румынским и зарубежным инвесторам.
Албания — самая бедная страна Восточной Европы. «Она пойдет по общепризнанному пути, — говорит Кейт Крэн, наблюдатель ЕС, — им просто не останется ничего другого».
Последняя группа являет собой удивительную мозаику из войн и переворотов: Азербайджан, Грузия, Югославия. Есть страны и другого, рода, где слова «частная собственность» кажутся похлеще ругательных. В первых рядах — Узбекистан, Туркменистан и Украина, которая принесла свою экономику в жертву махровому национализму. Огромной ошибкой было введение параллельных денег — купонов. Сначала надо позаботиться об экономике и только потом уж думать о собственной валюте. А экономикой-то Кравчук и не интересуется. А зря. Ведь республика оказалась перед лицом широкомасштабного повышения цен в России, где до последнего времени Украина покупала девяносто процентов требуемой нефти и три четверти потребляемого газа. «Правительство Украины и не пыталось «влезть» в экономику. Это правительство СССР, только в миниатюре», — считает один из экономических экспертов, господин Саржер. «То же самое, — добавляет он, — относится и к большинству остальных республик бывшего Советского Союза». Коммунистическая элита снова захватила власть в свои руки. Разница только в том, что теперь собственные просчеты и некомпетентность нельзя будет списать на злокозненность «центра».
Москва и Прага... Будапешт и Варшава... Разными путями идут они к единой цели. В следующих номерах «Столицы» мы попытаемся более подробно рассказать о том, как каждая «отдельно взятая страна» живет, преодолевая все сложности избранного ею пути.
По материалам зарубежной прессы подготовил Э.Дорожкин
Журнал «Столица», номер 25 за 1992 год.
рейтинг: 
  • Нравится
  • 0
Номер Столицы: 1992-25
Фото дня
Обложка дня
Опрос
Нужны ли на сайте статьи из других журналов?