•   Последние или как я собирала новогодний стол 
  •   Эпитафия советскому року 
  •   Позвольте еще раз поправить Захарова 
  •   Я арестовал заместителя Власова 

Галина З-ина, «Повесть», «Новый мир», № 8, 1994

Спокойный облик журнального оглавления нарушен странностью этой строчки: в фамилии автора зияет лакуна, название то ли отсутствует, то ли заменено определением жанра. Предисловие разъясняет странность — и одновременно создает особое поле для восприятия: история повести вступает во взаимодействие с текстом. И сама собою выстраивается другая литературная форма — рассказ в рассказе, причем композиционная и смысловая «рамка» углубляет заключенное в нее художественное пространство и сообщает без того грустному сюжету острый привкус горечи.
«Было это, видимо, в конце 70-х», — сообщает Олег Чухонцев. Молодой автор прислал в редакцию повесть, по тем временам явно «непроходимую». И не то чтобы в ней содержалось что-то антисоветское — просто трезвый взгляд на мир, просто мрачная действительность, с уголовно-алкогольными драмами, с несчастной любовью и крахом юношеских надежд... Талантливую двадцатилетнюю провинциалку пригласили в Москву, познакомили с известными литераторами, советовали продолжать писать. Потом она уехала — и... А теперь «Новый мир» опубликовал ее повесть — «без ведома автора, без его правки... и поэтому с усеченной фамилией». Во вступлении Чухонцев говорит о несовершенствах «этой юношеской прозы». Не знаю, может быть, он своей беглой критикой настроил меня на худшее, и оттого вещь показалась лучше, чем на самом деле.


Но, право же, есть в ней и чувство языка, и точность, и даже, как ни странно, уверенное владение приемами — а вместе с тем и боль, и душевная открытость... В общем, многие известные и признанные в свои двадцать писали явно хуже, чем эта девочка из провинции. Но что с того? Какой смысл говорить «она могла бы», если — не смогла. А талант, не обладающий запасом прочности, неспособный развиваться и в неблагоприятных обстоятельствах, многого ли стоит? Вопрос, конечно, риторический, но интересующий никак не меньше, чем судьба конкретной Галины 3-иной. Где она теперь, что с нею сталось? Но, как бы там ни было, при взаимодействии текста с «рамкой» возникает новая художественная конструкция. Новая, сама собою написавшаяся грустная повесть.
А.З.
Журнал «Столица», номер 46 за 1994 год.
рейтинг: 
  • Нравится
  • 0
Номер Столицы: 1994-46
Фото дня
Обложка дня
Опрос
Нужны ли на сайте статьи из других журналов?