•   Последние или как я собирала новогодний стол 
  •   Эпитафия советскому року 
  •   Позвольте еще раз поправить Захарова 
  •   Я арестовал заместителя Власова 

Творческий юбилей Сорокиных

На этой неделе в Москве отметили свои дни рождения 270 тысяч человек.
Вот, например, братья-близнецы Михаил и Алексей Сорокины, обучающиеся в Университете культуры на факультете режиссуры любительских театров, отметили на этой неделе свое совместное 25-летие. Праздновали юбилей на Мосфильмовской улице в доме № 7.
Близнецов по фамилии Сорокины я никогда до этого не видела, а поэтому не знала. Но от соседа Жоры неоднократно слышала, что люди они одинаково творческие и чрезмерно общительные. Конечно, меня неудержимо тянуло посмотреть, как теперь отмечают свои дни рождения в Москве творчески одаренные современники. Поэтому я прямо сказала Жоре: — Жора, возьми меня.
— Извини, — ответил Жора, — навсегда не могу. На один вечер с удовольствием.
На том и условились. Я обычно плохо разбираюсь в пристрастиях новорожденных, но зато хорошо ориентируюсь в своих. Поэтому в подарок близнецам я купила пятилитровую бутылку «Мартини». Гарик (он же Жора) приобрел комплект мужского белья, трусы и майку фирмы Anthena. Кому из братьев предназначались трусы, а кому — майка, решено было выяснить на месте.
Итак, ровно в 18.00 мы с Жорой переступили порог квартиры именинников. Навстречу нам вышли совершенно одинаковые братья в одинаковых коричневых свитерах, одинаковые джинсы обтягивали их одинаково мускулистые ноги.
— Здрасьте, как говорится, мордасти, — сказали братья одинаковыми голосами, забрали мое «Мартини», Жорино белье и пригласили нас сесть за стол.
Люди за столом действительно оказались творческими: актеры, осветители, операторы и два банкира в черных костюмах. Я как девушка умная села, естественно, между двумя банкирами, Геной и Сашей. А сев, стала изучать современное творческое меню. Меню было следующим: салаты «Оливье», «Мимоза» и «Весенний», белая рыба горячего и холодного копчения, колбаса копченая и вареная, хлеб обоих цветов.
Гвоздем стола было сациви.
— Ты аккуратная? — спросил меня Гена, 1-й банкир.
— Да-а-а, — с томной надеждой в голосе ответила я.
— Это хорошо, а то у меня новый костюм от Версаче. Береги его.
Видимо, чтобы закрепить достигнутое соглашение, Гена сунул мне свою визитную карточку с позолотой. Тут как раз пришло время говорить тосты. Первым взял слово молодой актер из театра «Розовый сад» по прозвищу Джамука.
— Мы здесь, чего греха таить, люди творческие и талантливые. Так пускай творчество братьев станет известно простым людям. В залог творческого успеха я хочу подарить им «Золотую маску». — И Джамука достал из-под стола резиновую маску вурдалака.
Актрисы из театра «Розовый сад » Дина и Нина подарили близнецам резиновый телефон в залог того, что он когда-нибудь станет сотовым.
Я же объяснила свой пятилитровый подарок коротко и ясно: — Хочу, чтоб в жизни у именинников всегда все было большим.
После этих моих пожеланий гости начали интенсивно пить и есть.
Два банкира вовсю налегали на сациви. Но как-то странно: они упрямо счищали с куриных ног орехи. В конце концов 1-й банкир Гена не выдержал: — Леш, вы чего курицу-то не помыли? Ее ж есть невозможно.


И мы с двумя банкирами пошли мыть курицу, захватив с собой бутылку водки. На кухне курицу мыть передумали и стали есть какая была. Тем временем из комнаты все отчетливей раздавался звон бокалов и женские визги.
— Богема напилась и попадала, а мы, мир ценных бумаг, продолжаем пить, — гордо сказали два банкира.
Чтобы окончательно стереть грань между творчеством и цифрами, мы перебазировались в комнату. В комнате народу заметно поубавилось. Близнец Леша спал под столом, а его вторая половина — Миша с криками «ненавижу общественный транспорт» плевался в стоящий под балконом троллейбус. В спальне кто-то с надрывом часто повторял известное изречение Константина Сергеевича Станиславского: «Не верю!» Тем временем Джамука и 1-й банкир Гена запели под гитару мою любимую песню «Любо, братцы, любо». Я тотчас присоединилась к ним. И тут Гена впервые обратил на меня внимание как на женщину.
— Давай выйдем, — сказал он, нежно положив руку на мое колено.
Мы вышли с банкиром в коридор, и я было совсем уж собралась понять, что такое настоящая мужская одержимость.
— Девушка, — горячо зашептал Гена, глядя мне прямо в карие глаза, — я для тебя все сделаю! Хочешь — даже поцелую. Только не пой, пожалуйста.
Больше я уже не пела и на всякий случай даже не танцевала. Впрочем, не танцевал вообще никто. Начавшееся так бурно веселье постепенно перешло на профессиональные разговоры: — Я вам говорю, Табаков себя исчерпал, люди хотят чего-то нового.
Будущее театра — антреприза и полный конформизм, — стуча кулаком по столу, делился своими взглядами на искусство Джамука, тот, что принес маску вурдалака.
2-й же банкир Саша рвался в ванную, где уже давно скрывался его сослуживец Гена.
— Ген, я не понял, — кричал Саша на дверь. — Мы сейчас покупаем или продаем? Гена молчал.
Когда же гости наконец стали расходиться, я все-таки решила попрощаться с Геной. Дверь в помещение для приема гигиенических процедур, как ни странно, оказалась открытой, и я туда заглянула. Спящий Гена в дорогом костюме Versace плавал в ванной. Мы поэтому расстались без слов. Так молчаливо и закончилась моя встреча с творческой интеллигенцией моего любимого города.
ОЛЬГА ДЕМЬЯНОВА
Журнал «Столица», номер 3 за 1997 год.
рейтинг: 
  • Нравится
  • 0
Номер Столицы: 1997-03
Фото дня
Обложка дня
Опрос
Нужны ли на сайте статьи из других журналов?