•   Последние или как я собирала новогодний стол 
  •   Эпитафия советскому року 
  •   Позвольте еще раз поправить Захарова 
  •   Я арестовал заместителя Власова 

Вешние воды

Вешние водыМосковская мэрия сформировала городскую комиссию по борьбе с паводком. Если есть комиссия, значит, будет и паводок, решили мы. И стали готовиться к нему вместе с комиссией.
Знакомство с паводком Про паводок я многое узнала предварительно. Картина получилась удручающая. Два года назад паводок разрушил в Дагестане 127 домов и умертвил 81 тысячу овец и коров. Это он, в том же 95-м ударив по Калмыкии, разворотил 73 плотины и 8 мостов и унес жизни семи человек.
Впрочем, до Москвы большая вода не добиралась уже давно. А ближайшее к нам во времени и пространстве происшествие случилось в Тульской области. В марте 1993 паводок сорвал со швартовых на Оке двухсоттонный понтон и увлек неуправляемую махину вниз по течению, грозя гибелью железнодорожному мосту близ города Чкаловска. Опасность уничтожили с воздуха — вертолеты Тульского авиаполка расстреляли понтон. Он утонул, а мост остался цел.
Москва — не Дагестан. И даже не Тула. И все-таки беспокойство меня не оставляло. Зачем-то ведь создали у нас паводковую комиссию. А зачем ее создали? И не придется ли всем нам спасаться от вешних потоков на деревьях, подобно гражданам бангладешского города Моул.ви Базар, уничтоженного стихией весной 1993 года? Вопросы жизни и смерти, сопутствующие этой напасти, я задала члену паводковой комиссии, начальнику отдела эксплуатации инженерных коммуникаций Управления жилищно-коммунального хозяйства Москвы Анатолию Николаевичу Савченко.
Будем взрывать! — Скажите, пожалуйста, чего ждать москвичам от паводка? И как вы собираетесь с ним бороться? — спросила я Анатолия Николаевича.
В ответ Анатолий Николаевич довольно строго сказал мне, что разговаривать со мной ему некогда. Надо ехать. Паводок не ждет. Но он готов ознакомить меня с решением паводковой комиссии о мерах предосторожности.
Алексей Соловьев Я внимательно прочла выданный мне экземпляр решения комиссии. Сурово и непреклонно требовала она ото всех городских коммунальных и аварийных служб готовности номер 1.
Спасательным службам — усилить посты в особо опасных местах.
Эксплуатационным —' усилить меры безопасности на строящихся объектах. «Мосавтотрансу » — выделить дополнительные машины для мероприятий, связанных с прохождением паводка. Городской телефонной сети — быть готовой предоставить в распоряжение борцов с талыми водами дополнительные телефонные номера. И наконец, при необходимости привлечь к работе предприятие «Союзвзрывпром».
Так. Будут взрывать, подумала я. Значит, совсем плохи дела.


Паводок не пройдет Заместитель генерального директора «Мосводоканала» Виктор Захарович Волков уже ждал меня.
Разговор со мной Виктор Захарович начал с теории. Что такое, например, половодье и что такое, скажем, паводок? Оказалось, что половодье — это когда снег тает медленно, постепенно. Недели две-три. А паводок — это бурное снеготаяние. Двое-трое суток. Не больше.
Средняя норма стока при снеготаянии для Московского региона — 500 миллионов кубометров воды. Если снег тает медленно, то страшного ничего в этом нет. Но если все эти кубометры сольются в реки всего за пару дней — вот тут-то и начнется паводок. То есть вода не поместится в руслах, и реки выйдут из берегов.
Между тем Виктор Захарович сказал, что бояться паводка не надо. Москве, во всяком случае. Потому что последнее наводнение у нас в городе случилось в 1908 году. Были жертвы, Кремль стоял в воде, а горожане плавали по улицам в корытах. Но вот уже девяносто лет, как ничего подобного не случалось. И теперь уже не случится никогда.
— Это почему? — разочарованно спросила я.
И Виктор Захарович рассказал мне, что своей безопасностью Москва обязана своеобразному водяному буферу. Целой системе так называемых Москворецких водохранилищ. С тех пор как их построили (Истринское — в 1933 году, Можайское — в 1956, Озернинское и Рузское — в 1965-1966 годах) паводковые катаклизмы стали почти невозможными. Дело в том, что они принимают на себя до 65 процентов идущей на Москву талой воды. И прежде чем затопить Александровский сад, воде придется заполнить все водохранилища. А это, как-никак, 735 миллионов кубометров полезной емкости.
К тому же по весне специалисты «Мосводоканала » каждые десять дней выезжают в поля и измеряют, какое количество снега имеется в наличии. Если по подсчетам и прогнозам выходит, что паводка не миновать, часть воды (до 65 процентов) из водохранилищ заблаговременно и постепенно сбрасывают. Чтобы освободить место для новой.
На всякий случай — Так зачем же тогда собирать паводковую комиссию? — резонно спросила я Виктора Захаровича.
На всякий случай. Ничего серьезного городу, конечно, не грозит.
Но во избежание подтоплений в транспортных тоннелях и телефонных колодцах надо заблаговременно проверить, как работает ливневая канализация, очистить решетки водостоков, убедить дворников в ЖЭКах добросовестно работать на вверенных им участках. Так что на заседаниях комиссии в основном решаются вопросы самые рутинные. Куда, например, в первую очередь направить илососы для прочистки водостоков.
— А как же тогда спасатели? Их для чего привлекают? — продолжала допытываться я.
Выяснилось, что спасать весной приходится в основном рыбаков и детей. Рыбаки имеют обыкновение уплывать куда-нибудь на отколовшихся льдинах. А дети, особенно те, что живут в районе Серебряного Бора, во время ледохода любят устраивать «русский серфинг» — гоняют на льдинах, как на плотах.
Так что в марте-апреле все 20 станций городской поисково-спасательной службы при МЧС пребывают в повышенной боеготовности.
Бригады спасателей дежурят с 9 утра до 9 вечера. А ночью работает общегородская станция.
То же касается и «Союзвзрывпрома». Вот уже много лет он входит в состав противопаводковой комиссии. Хотя реально последний раз саперы работали в окрестностях Москвы в 1977 году. Зима тогда выдалась суровая и снежная. Толщина льда на Москве-реке достигла 70 сантиметров. А потом начался бурный паводок. Река вскрылась, и ледяные торосы образовали затор в районе Рублевской плотины. Вода напирала. Возникла реальная угроза затопления окрестных деревней и поселков. И лед пришлось взрывать тротилом.
Берегите воду! А напоследок Виктор Захарович открыл мне один из секретов «Мосводоканала ».
Скорее всего, паводка в этом году в Москве вообще не будет. Судите сами: зима в этом году установилась поздно. До середины декабря стояла теплая погода. Потом снег все же выпал, но мало — на 40 процентов меньше нормы. Теперь он тает. Но очень своеобразно. Днем сейчас очень тепло, для марта во всяком случае. А ночью морозно. В результате происходит «процесс возгонки». То есть снег превращается в пар, так и не успев стать водой. Какой уж тут паводок! Закончил разговор со мной Виктор Захарович неожиданно. Попросил менй, если буду писать статью про паводок, посоветовать москвичам беречь воду.
Советую. Берегите! А на прощание дарю вам стихи. «Мосводоканал» напечатал их на небольших листочках большим тиражом, чтобы все помнили: Капля за каплей струится вода, Капли бегут, превращаются в реку.
Воду должны экономить всегда, Пусть не забудет никто никогда Слов, что вода дарит жизнь человеку.
Е К А Т Е Р И Н А БОЯРИНА
Журнал «Столица», номер 3 за 1997 год.
рейтинг: 
  • Нравится
  • 0
Номер Столицы: 1997-03
Фото дня
Обложка дня
Опрос
Нужны ли на сайте статьи из других журналов?