•   Последние или как я собирала новогодний стол 
  •   Эпитафия советскому року 
  •   Позвольте еще раз поправить Захарова 
  •   Я арестовал заместителя Власова 

О чем-то своем

О чем-то своемОтчет дежурного по дому
Мы все живем в огромном доме, Но, плохо в нем иль хорошо, Должно быть в доме что-то, кроме Обозначений «эм» и «жо»... Как правильно, однако, подмечено! Между прочим, я и подметил. Но к делу. Я первый дежурный по дому. Потом будут дежурить другие. И отчитываться вам еженедельно. Мое дело начать. Задать тон.
Что ж, задаю. За отчетный период, как всегда, перед взором прошло много видных людей — все наши, домашние, до слез любимые.
На днях подошел Макаревич Андрей с новостью — пригласили на съемки телепередачи о том, что и как пили двадцать лет назад. Андрей культурно прихватил бутылку тридцать третьего портвейна. Того самого. Из прошлой жизни. И предложил Леониду Ярмольнику. Если уж пить, как двадцать лет назад, то давай из горла. Леня первым сделал глоток и подавился. «Боже, — поморщился он, — какая гадость!»
А Макар отобрал пузырь, отметил пальцем одну треть и залудил, как тогда... И пошла она у него легко и свободно. Клево пошла! На этой неделе не спалось. Бессонница привязалась — позвонил дружку своему, Владимиру Петровичу Преснякову. Подъехал, посидели с Петровичем, поговорили, коньячку хлопнули. Собрался уходить, гляжу: нет на привычном месте любимой статуэтки музыканта — гипсового Чарли Паркера с саксофоном в руках. Спрашиваю: где, мол?
Покачал головой Петрович:
— Я его продал, с аукциона. Мне ведь его лет восемь назад один слепой музыкант подарил на фестивале в Германии. Я тогда растрогался: Паркер — мой любимый саксофонист. А тут узнал, что проводится благотворительный аукцион разных вещей артистов, выручка идет в пользу детского дома. Решил статуэтку продать. Не футболку же! А «ушел» Чарли за две тысячи долларов, раз в пять дороже его стоимости.


«Главное, что деньги — детям», — резюмировал Петрович. А я подумал: хорошо все-таки, что Петрович не Майкл Джексон. А Петрович, в свою очередь, подумал про меня: хорошо, что Саня не Борис Моисеев.
Ведь Боря по секрету, как он это умеет, доложил мне, что наконецтаки решился сделать себе ту самую операцию, которая позволит ему по праву называться женщиной.
А я сразу вспомнил кота Лорда.
В кошачьем магазине на Хамовническом валу столкнулся со знаменитым плотоводцем Юрием Лозой и его женой Светланой.
— Юра, какими судьбами?
И услышал историю, потрясшую до основания (хорошо, что Моисеев ее не знает): персидский кот Лорд, известный своими домоганиями к не менее персидской любимице Лозы, кошке Джессике, добился своего: Джессика беременна. Вместо того чтобы обрадоваться почеловечески, хозяева сдали Лорда хирургу. Вероломно было проведено нехитрое оперативное вмешательство.
— Лорд сделал свое дело. Лорд может... — с гордостью констатировал Юрий.
И сосредоточился на покупке всего необходимого для ожидающихся со дня на день котят. Успокаивает, что Лорд все-таки любить
кошек будет, только стать отцом больше не сможет.
За домом присматривал поэт АЛЕКСАНДР МИЛЛЕР
Журнал «Столица», номер 0 за 1997 год
рейтинг: 
  • Нравится
  • 0
Номер Столицы: 1997-00
Фото дня
Обложка дня
Опрос
Нужны ли на сайте статьи из других журналов?