•   Последние или как я собирала новогодний стол 
  •   Эпитафия советскому року 
  •   Позвольте еще раз поправить Захарова 
  •   Я арестовал заместителя Власова 

Как обмануть таможню

Как обмануть таможню

Я обманул таможню. Обманул, провел вокруг пальца нашу бдительную, суровую, принципиальную таможню, мимо которой без декларации не проскочит и мышь. Мне, однако, совершенно не стыдно. И вы сейчас оправдаете меня. Дело было так.
В туристской поездке по Швеции я ни разу не зашел даже в совершенно пустой стокгольмский «Макдоналдс», хотя одетая по всей форме девушка стояла за стойкой в безделье во всем зале одна, она увидела меня сквозь прозрачнейшую витрину и выразительно кивнула мне.
Я устоял. Я не купил даже коробка спичек с пестрой картинкой. Я экономил.

На все шведские кроны, которые дал мне наш «Интурист», я купил в кооперативе нашего посольства (там все продается по сниженным ценам) самый дешевый японский фотоаппарат «Прима-Юниор» № 1560755. Японская фирма «Канон» приложила к нему хвастливую бумагу: даже в руках новичка аппарат действует безотказно, и если за год случится хоть единая поломка - пришлите аппарат почтой, и мы вернем вам радость. Куда прислать? О, это не проблема: в Лондон, Париж, Сеул, Нью-Йорк, Луанду, Джакарту, Иокогаму, на Антильские острова, на остров Бали, на атолл Атафу, что в центральной части Тихого океана...
К стыду японцев, «Прима-Юниор» испортился тут же - не выдержал нашей толстой фотопленки. Московские фоторемонтники дивились нежности аппарата, восторгались его легкостью, сетовали, что он, такой умный - считает сам, мгновенно соображает, - не может глотать кишку, что под силу даже нашей «Смене». Диагноз поставлен был точно: наша пленка порвала металлические зубья шестеренок.
Не оставалось ничего другого, как послать «Приму» на атолл Атафу, который находится у диких островов посреди Тихого океана. Но я предпочел все-таки обратиться в мастерскую Стокгольма, которая находится поблизости от советского посольства в Швеции, - приготовил крохотную посылку, вложил в нее хвастливый японский лист с гарантией и подчеркнул в ней самую большую похвальбу самим себе.
На московском почтамте, удивляясь моей наивности, мне посоветовали отвезти незапечатанную коробочку на Варшавское шоссе, на международный почтамт. Там, сдерживая страсть, удивились моему намерению еще больше. Они не понимали, почему я, такой взрослый, даже старый, претендую на то, на что претендовать разумный человек не может. Отправили к местной таможеннице. Женщина в форме при каких-то знаках отличия - наверное, офицерских - оказалась очень терпеливой. Она три раза подряд объясняла мне, что фотоаппарат пересылке не подлежит, потому что всякая оптика не подлежит пересылке. Я, неразумный, доказывал, что оптика не действует из-за того, что железные зубы обломались. И это уже не оптика, а рухлядь. Разве и рухлядь не подлежит пересылке?
Мы беседовали, как два старинных патефона - в два голоса, не понимая друг друга.
Поскольку мне нечего было терять, кроме рухляди, я первый не сдержался: оставил коробку с моей несчастной японо-шведской радостью и хвастливой гарантией, резко повернулся и сказал:
- Покедова!
Милая таможенница в непонятных знаках отличия дрогнула, вернула меня, расписалась на разрешении.

Моя «Прима» отправилась в Стокгольм... Но не вернулась. Я грешил на мастерскую, на «Канон», на Японию, на Швецию. Через полгода мне удалось встретить человека, который ехал в Стокгольм. Я дал ему номер телефона, чтобы он на любом языке, который он знает, сказал обманщикам, что я о них думаю.
Ему не удалось их обидеть. Стоило им назвать мое имя, как они, обрадованные вестью обо мне, потребовали- его адрес. И прибыли в гостиницу - с извинениями, с моим аппаратом и рассказали поразившую их историю.
«Шведские японцы» признались, что их прекрасные аппараты все- таки ломаются, но редко. Со всего белого света приходят маленькие посылочки от обиженных людей, но им не позже, чем завтра, возвращают восстановленный, трижды проверенный аппарат: надо извиниться как можно быстрее, хотя, если честно признаться, виноват не всегда аппарат.
«Канон» поступает так всегда! Но один раз «Канон» не сумел извиниться перед покупателем, который засунул в аппарат брючный ремень, какую-то грубую ленту вместо фотопленки. Почта вернула проверенный аппарат - советская почта, получив маленькую посылочку, гордо вернула ее, потому что оптику она не пересылает.

С тех пор посылка с адресом: «СССР, Москва...» - лежит в мастерской на самом виду. Ее показывают с удивлением всем - не знают, как поступить. Посылки уходят в ближние и дальние страны, на острова, архипелаги, на атоллы - только в Москву дороги нет. «Не знаете, почему испортилась дорога в Москву?» - спрашивали моего знакомого.
Не суть важно, что он ответил. Мне важен результат; «Прима- Юниор» № 1560755 у меня в Москве, она отлично щелкает, если в нее не заталкивать брючный ремень. Фотографии получаются отменные, и я нисколько не стыжусь, что обвел, обманул нашу бдительную таможню, которая при всей своей принципиальности портит репутацию страны во всем мире.
Григорий КИРИЛЛОВ, СССР, Москва
Рис. К. Рыбалко
рейтинг: 
  • Нравится
  • 0
Номер Столицы: 1991-48
Фото дня
Обложка дня
Опрос
Нужны ли на сайте статьи из других журналов?