•   Последние или как я собирала новогодний стол 
  •   Эпитафия советскому року 
  •   Позвольте еще раз поправить Захарова 
  •   Я арестовал заместителя Власова 

Мы за ценой не постоим? О странностях коммерции в коммерческих магазинах

Мы за ценой не постоим? О странностях коммерции в коммерческих магазинах

Мою знакомую ограбили. Унесли две хрустальные вазочки и дубленку. Потеря вазочек казалась сущим пустяком по сравнению с утратой модной вещицы. Купленной в Париже, в дорогом магазине, с вышитыми на подкладке инициалами «А.Е.». (Забегая вперед, скажу - благодаря этим самым «А.Е.» вещь вернулась к хозяйке.)
Два дня бедная женщина страдала. А потом ее кто-то надоумил: пройдись, мол, по коммерческим магазинам, погляди - вдруг увидишь дубленку. На дворе лето, спрос на зимние вещи упал, бывает, хороший товар залеживается.
И она стала ходить. Как на работу. С утра до вечера. А через неделю произнесла загадочную фразу: «Кругом мафия...» Спустя еще несколько дней получила свою дубленку обратно. Бесплатно. Оказывается, она продавалась в тесном коммерческом ларьке. Здесь же, на витрине, пылились и похищенные вазочки. После короткого диалога продавец хладнокровно вернул вещи и захлопнул ставни.


...У меня сохранился любопытный документ - предложения Бюро Совета Министров СССР по социальному развитию о дополнительных мерах по борьбе с нетрудовыми доходами. Давно расформировано Бюро, смешно звучит ныне словосочетание «нетрудовые доходы», а уж от рекомендаций вроде «...резко увеличить производство товаров культурно-бытового и хозяйственного назначения» веет такой маниловщиной. Лишь предложение под номером два заслуживает внимания: «Организовать сеть магазинов в крупных городах по продаже деликатесов (икры, крабов, балыка...), а также особо модных товаров отечественного и зарубежного производства - дубленок, модельной обуви, парфюмерии... Цены на них должны быть установлены, исходя из реального соотношения спроса и предложения». Похоже, официальный прародитель коммерческой торговли теперь известен. Еще не были закрыты элитарные «Березки», а им уже готовилась замена - в тех же стенах должны были торговать, в сущности, тем же товаром. Только по другим, как говорят экономисты, равновесным, ценам - когда товар не залеживается на полках, но и не расхватывается вмиг. Вход в магазины предполагался свободным. Как в любом цивилизованном обществе. Есть деньги - покупай, нет - посмотри, понюхай.
Что получилось из идеи? Наверное, я очень удивлю москвичей, если скажу - в столице ни одного (или почти ни одного) настоящего коммерческого магазина нет. Более-менее под эту категорию подходит парфюмерный магазин на Тверской. Всего же по стране в начале года было зарегистрировано 252 (настоящих) коммерческих магазина. Из них шестьдесят - в России, четырнадцать - на Украине, остальные разбросаны по другим республикам. Торгуют там товаром, который партиями закупают за рубежом. Качество проверяют эксперты, цены устанавливают хоть и высокие, но все-таки не с потолка взятые. К тому же покупатель уверен - если он приобрел в таком магазине дорогую вещь, то доставлена она прямо из-за границы, а не спекулянтами из соседней галантереи.
Мы за ценой не постоим? О странностях коммерции в коммерческих магазинах

Тогда как прикажете называть новые магазины, торгующие дефицитом едва ли не на каждой московской улице? Откуда поступает товар? Что за люди обосновались в палатках из-под мороженого, газетных киосках и бывших в употреблении общественных туалетах? Разве не они - истинные представители коммерческой торговли? Разве не эти предприимчивые граждане подтвердили, что и у нас классическая закономерность «товар - деньги - товар» действует? Причем с большой точностью - товара как раз вдвое больше, чем денег у населения для его покупки. Наконец, чем теперь отличаются государственные комиссионные магазины от частных и кооперативных? И должны ли они отличаться?
Вопросы отнюдь не праздные. Неразбериха, при которой возникают новые структуры, похоже, мало нового приносит в жизнь. Лишь узаконивает уже знакомые явления - рэкет, криминальные нравы, спекуляцию.
...Почти час я маялась в очереди, хотела оценить туфли в государственном комиссионном магазине. Передо мной никого не было, но то и дело продавцы заводили в комнатку товароведов своих знакомых. С коробками, с пухлыми сумками. Выбрав момент, зашла туда и я. На столе - упаковка дезодорантов «Фиджи» и нераспечатанная коробка чешского стекла.
- Куда?! - мускулистая уборщица заслонила стол. - Сами пригласим.
Возникло ощущение, будто я пришла сдавать не туфли, а экзамен по обувному производству.
Мы за ценой не постоим? О странностях коммерции в коммерческих магазинах

Наконец-то оценщица жмет, тянет, а затем и дышит на мои белые лаковые туфельки.
- Где покупали? - спрашивает тоном следователя.
- В Италии.
- 65 устроит?
- Долларов, что ли? - не понимаю я.
Оказывается, рублей. Мы спорим. Приходится доказывать, что цен таких давно нет даже в ее родном магазине. Идем в торговый зал. Действительно, югославские лодочки продаются за 500 рублей, хотя куплены в Москве, на распродаже.
- Ну и что? - парирует оценщица. - Их уже месяц никто не берет. Я же о вас забочусь, - неожиданно добреет она. - Давайте отдам сейчас 100 рублей, и все дела.
Заметив мои колебания, предлагает 150, потом 200, 250! На этой сумме мы расходимся - она в свою конторку, а я с туфлями домой.
Ситуация не была для меня неожиданной. После того как моя знакомая загадочным образом вернула дубленку, я тоже стала ходить по коммерческим магазинам. От завсегдатаев услышала множество других «странных» историй. Одни привыкли, что деньги, вопреки правилам, отдают тут же на комиссии, без оформления квитанций, а товар выставляют потом по более дорогой цене. Другие подарками «оплачивают» высокие расценки. Спрашивается: а кто заставляет человека идти на такие сделки? Ведь в деньгах теряет! Но в комиссионном магазине вам могут заявить - не имеете права устанавливать цену, какую вздумается, да еще на товар, приобретенный в государственной розничной сети. Ах, он не из сети? Докажите. Принесите справку. Лично я не смогла выяснить даже у сотрудников Минторга СССР, курирующих комиссионные магазины страны, элементарную вещь: имеет право гражданин заламывать цену на государственный товар или нет?

Возможен и другой вариант. Товар примут, но продан он не будет до тех пор, пока не уценится. И вскоре строптивый клиент усвоит - играть надо по правилам тех, кто их устанавливает.
Конечно, не в каждом магазине происходит именно так, как я описала. Но общие тенденции уже легко прослеживаются. В частности, такие. По оценкам экспертов, в коммерческих магазинах, будь они государственными комиссионными или частными, до сорока процентов составляют НОВЫЕ вещи из обычной государственной торговли. Выражаясь научным языком, дефицит обретает свою истинную стоимость и перестает быть таковым. Даже беглый взгляд на полки подтверждает выводы экспертов. Китайские термосы и детские платья, французская косметика, индийский трикотаж, отечественные чайные ложки с позолотой, немецкие миксеры, итальянские и румынские кроссовки - все это и многое другое перекочевало из госторговли.
Говорят, на Западе так и живут. Купят подешевле, продадут подороже. Но мы же не на Западе, а здесь, в обществе хронического дефицита. А его можно либо распределять, либо продавать по ценам, недоступным большинству.
Однако недоступность недоступности рознь. Нигде в мире пара кроссовок, пусть очень модных, не стоит суммы, превышающей пять среднемесячных зарплат. Почему государство не может (или не хочет?) хоть немного «усмирить» буйство коммерческих ценников? Конечно, не приказами, как это уже было с ценами на мясо на московских рынках, а методами экономическими. Вот лишь некоторые из них. Первый - упростить и облегчить ввоз товаров из-за рубежа. Речь идет не о государственном импорте, а об инициативе частных предпринимателей (советских и иностранных). Их коммерческая деятельность обложена сегодня такими таможенными пошлинами, что заниматься ею честно просто невыгодно.

- Мы готовы не брать экспортно-импортный налог, таможня от него ни копейки не получает, - сказал мне по телефону руководитель Таможенной службы СССР В.Бояров. - Пока же до конца этого года взимать все-таки будем - обязаны выполнять данные нам распоряжения.


А когда я попыталась выяснить, чем вызваны «заградительные» меры, услышала следующую версии}. Там, за кордоном, несознательные предприниматели приобретают крупные партии товаров отнюдь не лучшего качества и по низким ценам. В основном в Польше и Турции. А на родине изголодавшийся покупатель расхватывает их даже за большие деньги. Вырученные суммы дельцы обменивают на валюту по рыночному курсу и... вывозят из страны едва ли не последние доллары.
Ну и что? Кого мы оберегаем? Державу от полного разорения? Покупателя, вынужденного раскошеливаться? Так он не последние деньги отдает - сужу по той публике, которая толчется у прилавков. Да- да, далеко не всем здешний товар по карману. Так чем больше будет предпринимателей, тем скорее упадут цены в коммерческих магазинах. Ведь стоимость товаров в них определяется по схеме: рыночный курс доллара плюс «накладные» расходы, связанные с доставкой и продажей вещей.
Другой путь - отпустить цены на дефицит, реализуемый госторговлей. Известному экономисту В.Леонтьеву недавно задали вопрос: как он относится к спекуляции? Его ответ можно считать классической формулировкой: «Если есть разница в ценах, все будут спекулировать». Почему же разница существует до сих пор? Понимаю, низкая цена больше устраивает покупателей, но от «дешевого» импорта остается... только цена. Приобрести его свободно все равно нельзя, разве что по блату или на какой-нибудь распродаже. А тот, кто исхитрился все-таки достать дефицит, несет его туда, где можно продать по рыночной цене.

После реформы цен в столичном ГУМе появились модные женские сапоги совместного советско- итальянского производства. Уже месяц они стоят на прилавке - не очень-то их расхватывают. Цена большая - тысяча рублей. Любопытно, что в коммерческих магазинах эти же сапожки продают по той же цене. Вероятно, кто-то приобрел в надежде продать подороже. Не получилось. На эту обувь, судя по всему, установилось равновесие между спросом и ценой. И если оно нарушится, если окажется, что цена перевешивает спрос, - что произойдет? Правильно, цена снизится. Иными словами, свободные цены сделают бессмысленным коммерческий «беспредел» и установят тот уровень, который отвечает реальному спросу при реальном же предложении. Конечно, при сегодняшней ситуации этот уровень наверняка будет высоким. Но чем лучше «твердые государственные цены» на практически мифические товары?

Еще один способ сделать коммерческую торговлю доступной не только для коммерсантов - преодолеть криминальные тенденции в новом бизнесе. Подозрительная суета вокруг клиентов, игра по-крупному на разнице «цен» государственных и аналогичных привозных товаров, крепко сложенные молодые люди за прилавками - все это, подобно разрозненным эпизодам из боевика, при элементарном монтаже складывается в захватывающее зрелище.
Одна из бывших продавщиц частного коммерческого магазина, завязав с бизнесом, теперь пишет сценарий фильма под условным названием «Коммерсантки».
Сюжет незатейлив. Она, женщина средних лет, с высшим гуманитарным образованием, устраивается по знакомству продавцом с окладом 1200 рублей в коммерческий магазин. Товар поступает туда по разным каналам. Ширпотреб, телевизоры, магнитофоны, видео- и радиоаппаратура перепадают от предприятий, которые получают все это по бартеру. Другой источник - продукция СП. И самый существенный канал - оптовые закупки, сделанные отдельными бизнесменами за рубежом. Некоторые коммерсанты не брезгуют и контрабандой. Цены, как правило, «держат». Могут специально припрятать товару чтобы сохранить высокий спрос. Принимаются заказы от проституток, от «деловых». Тут расценки особые.
Мы за ценой не постоим? О странностях коммерции в коммерческих магазинах

Почти все магазины обложены данью. Впрочем, кого удивишь нынче рэкетом. Взаимоотношения в коллективе смахивают на нравы большой итальянской «семьи». Есть к кому обратиться за помощью, но и ты должен быть готовым «вернуть должок». Например, сбыть краденую вещь надежному человеку. Припрятать «гостинец» для подозрительного клиента. Магазин - удобное место для подобных встреч. Заходить в них никому не возбраняется, да и выйти со свертком всегда кстати... Фразеология моей собеседницы почти совпадала с диалектом тех, кто «мотает срок». О чем я ей и сказала.
- А что же вы хотите? - согласилась она. - Структуры-то криминальные. Я даже имени своего назвать не могу, меня, как отступницу... убьют.
...Сотрудник отдела БХСС с Петровки, 38, А.Шмаков мои рассказы о нравах в коммерческих магазинах выслушал с нескрываемым любопытством. Он только начал заниматься правонарушениями в этих «учреждениях» и пока не понял - с кем и чем призван бороться. С возмутительными ценами? Со спекуляцией? Но известно - по нашим законам установить факт спекуляции труднее, чем достать билет на самолет в Америку. Да и где грань между бизнесом и незаконной перепродажей? Может, он должен ловить рэкетиров? Но это не всегда под силу даже людям из совсем других, более оснащенных и осведомленных ведомств.

Если представить, что завтра у нас будет построено правовое государство с сильной экономикой и дееспособными правоохранительными органами, то все равно - криминальное предпринимательство никуда не исчезнет. По-моему, стоит признать - если уж мы тяготеем к дикому бизнесу, никакие упования на свободную экономику не спасут нас от «издержек».


А коммерческие магазины - пусть будут. Только пусть уж муниципальные власти, выдающие разрешения на их деятельность, сами и следят за тем, что там происходит. У них ведь есть право в случае чего и аннулировать разрешение - так поступают во всех цивилизованных странах. Пусть силы в коммерции попробуют другие.
Наталья ПЕТРОВА
Фото В. Суворова
рейтинг: 
  • Нравится
  • 0
Номер Столицы: 1991-22
Фото дня
Обложка дня
Опрос
Нужны ли на сайте статьи из других журналов?