•   Последние или как я собирала новогодний стол 
  •   Эпитафия советскому року 
  •   Позвольте еще раз поправить Захарова 
  •   Я арестовал заместителя Власова 

Ленин живее всех живых

Ленин живее всех живыхПУБЛИКУЕМЫЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ - НЕ ЛИТЕРАТУРНАЯ МИСТИФИКАЦИЯ. ОНИ ВЗЯТЫ ИЗ СБОРНИКА «ЛЕНИН В РУССКОЙ НАРОДНОЙ СКАЗКЕ И ВОСТОЧНОЙ ЛЕГЕНДЕ», ВЫПУЩЕННОГО В 1930 ГОДУ ИЗДАТЕЛЬСТВОМ «МОЛОДАЯ ГВАРДИЯ» И СОСТАВЛЕННОГО ИСТОРИКОМ ПАРТИИ И РАБОЧЕГО ДВИЖЕНИЯ А.В.ПЯСКОВСКИМ. ВСЕ МАТЕРИАЛЫ, СОБРАННЫЕ В ЭТОЙ КНИГЕ, ЗАПИСАНЫ НЕ ПОЗДНЕЕ 1928 ГОДА, И ВПОСЛЕДСТВИИ ОНА НИКОГДА НЕ ПЕРЕИЗДАВАЛАСЬ.
СКАЗКИ ПУБЛИКУЮТСЯ С НЕЗНАЧИТЕЛЬНЫМИ ИЗМЕНЕНИЯМИ И СОКРАЩЕНИЯМИ.


ЛЕНИН НА КАМЕННОМ СТОЛБЕ


Сибирская сказка


Ведь вы, поди, знаете, что середь Москвы, значит, большущий-пребольшущий столб стоит каменный, почитай чуть не до неба. Ну, так вот, если забраться на этот столб, то с него видать не токмо Расею всю, но и земли все чужие. Много людей всяких - может, тыщи али милиены ученых, интеллигентов - забраться пробовали на столб этот. Куда тут. Руки коротки. Потому - смекалки не хватило у них, и котелок не так варит, да и неправильные люди были эти. Этак, может быть, сто продолжалось годов и больше.
И вот, значит, вдруг неведомо откуда объявился Ленин. Что за человек это, мало кто тогда знал. Только один раз, поосенясь, когда трава в поле засохла, он, значит, Ленин-то, с товарищами и явился к столбу. А у столба народу - море.
- Ну, - товарищам говорит своим он, - знать, настал мой черед: надо лезть и искать правду...
И, понимаешь, пошел-пошел чесать по столбу-то, как белка. А с народом не поймешь, что и деется. Которые кричат: «Молодец, ура, щаслива-а!» А которые: «Голову сломишь, чтоб те! Больше, знать, захотел других и чтоб обманывать людей!» А которые же завистники были, те из леворвиков стреляли даже. Руки коротки! Ленин выше и выше все...
Ну, с тех пор и находится на этом столбе Ленин-то. Шибко тяжело ему приходится. Днем глядит и по ночам глядит в стороны во все и распоряжается по-хозяйски. Чуть что, скажем, министр какой, царь земли чужой али комиссар наш, али другой кто - Ленин сейчас же:
- Шалишь, брат, стоп, давай назад, не туда, паря, гнешь, пошел прямо, придерживай полевей...
Потому - ему, Ленину-то, с вышины видно все, как на ладонке, и следит сторожко за всем и направляет жисть на дорогу праведную.
Вот за это, а может статься и за то, что Ленин мучается и страдает за народ, за мир честной, значит, ему-то и послал благодать Бог-то.
Когда, примерно, на Расею навалились богатеи и миллионщики из землей чужих, чтоб сбить, значит, Ленина С пути праведного, вдруг гром страшный ударил и над Москвой-матушкой небо огневое все разверзнулось, и голос громовой:
- Не робей, товарищ Ленин, ты всех врагов и супостатов покоришь под ноги себе! Иди дорогой своей и веди мир честной за собой к жизни счастливой, праведной, уготованной! А за правду твою, за страдания и мучения твои за мир честной не возьмет тя ни пуля, ни нож, ни огонь, ни вода, и будешь жить ты во веки веков до скончания мира. Аминь.
Ну, с тех пор вот и доспалась благодать-то с Лениным: кажинный месяц делается он раз молодым и раз старым. Примерно, когда ка небе месяц смоложавит, серпом висит, Ленин - вьюноша, парень кровь с молоком, а как только полнеть начнет месяц и делается круглым, как краюха хлеба, Ленин стареет, становится дедушкой... Вот, значит, так дела-то.


КАК НАКАЗАЛ ЛЕНИН ОБИДЧИКА КРЕСТЬЯНСКОГО


Владимирская сказка


Был у Ленина товарищ-друг, что ни на есть первейший - разверстки комиссар. И вот сказали Ленину, что друг-то его этот обижает мужиков да живет несправедливо, добро народное не бережет.
Призвал его Ленин и говорит:
- Друг ты мой, верно это?
Тот молчит, голову опустил. А Ленин ему:
- Мужика теснить ты права не имеешь. Потому мужик - большая сила в государстве, от него и хлеб идет. Значит, как друга своего, я наказать тебя должен примерно.
Поцеловал туг Ленин друга-то, попрощался с ним, отвернулся и велел расстрелять его. Вот он, Ленин-то какой... Справедливость любил.

СКОРО ПРОСНЕТСЯ ИЛЬИЧ


Вятская сказка


Вот сидит один раз Ленин у себя в комнатке после обеда и разные книжки и газеты почитывает. Только в какую газету ни заглянет, какую книжку ни раскроет, все про себя чтение находит: дескать, что нам перед Антантой страшиться, что перед Америкой бояться, когда у нас есть Владимир Ильич Ленин. Чудно стало Ленину. Встал он со стула венского, походил по комнатке и говорит сам себе:
- Ладно, так и сделаю.
А после того посылает своего посыльного к главному советскому доктору. Приходит доктор, а Ленин ему и говорит:
- Можешь сделать так, чтобы я умер, только не совсем, а так, для виду?
- Могу, Владимир Ильич, только зачем все это?
- А так, - говорит, - хочу испытать, как без меня дела пойдут. Чтой-то все на меня сваливают, во всяком деле мной загораживаются.
- Что ж, - отвечает доктор, - это можно. Положим тебя не в могилу, а в такую комнату просторную, а для прилику стеклом накроем, чтобы пальцем никто не тыкал, а то затычут.
- Только вот что, доктор, чтобы это было в пребольшом промежду нас секрете. Ты будешь знать, я, да еще Надежде Константиновне скажем.
И скоро объявили всему народу, что Ленин умер. Народ заохал, застонал, коммунисты тоже не выдержали - в слезы. Все думают, сердцем трепыхаются: что теперь делать будем? Того и гляди, англичане с французами присунутся. А самый старший - Калинин - уговаривает:
- Что же поделаешь, это не в нашей власти... Слезами горю не поможешь. Ну, поплакали малость, ну и ладно, за дело надо браться.
Положили Ленина в амбаришко, марзолей называется! и стражу у дверей приставили. Проходит день, два... неделя, месяц - надоело Ленину лежать под стеклом. Вот один раз ночью выходит он потихоньку задней дверью из марзолея и прямо в Кремль, в главный дворец, где всякие заседания комиссарские. В дверях его пропустили, потому в кармане у него пропуск бессрочный лежал, а шапку он надвинул пониже, чтобы не узнали. Приходит туда Ленин, а заседания уже все закончились, и служители полы подметают. Ленин спрашивает:
- Кончилось?
- Кончилось.
- Не знаете, о чем говорили?
- Да о разном... Слышь, англичане с нами хотят подружиться, а там еще какие-то державы. Мы ведь в щелку слушали, краем уха... Не поняли.
- Так, так. А про Ленина не поминали?
- Как же, поминали... Вот, - говорят, - Ленин умер, зато коммунистов-то чуть не в два раза больше стало. Теперь только пикни Антанта.
- А она не пищит?
- Да покуда не слыхать.
- Так, так, - поддакнул Ленин и простился со служителями.
Пришел он в марзолей, лег под стекло, думает: «А ведь ничего, работают и без меня. Ладно. Проверю еще кое-где... Завтра к рабочим на завод схожу».
На другую ночь отправился Ленин на завод. Там его тоже не задержали, прямо в машинную часть провели. Ночью народу на заводе мало, только-только, чтобы пары не затухали, держат машиниста, смазчика да кочегара, сторожей еще, чтобы шпионы чего не подсудобили. «Хватит и этих, - думает Ленин, - мне ведь не митинги разводить, только порасспросить кой о чем».
- Здравствуйте, товарищи.
- Здравствуй.
- Ну, как?
- Да ничего... Сходственно.
- Беспартийные?
- До смерти Ленина в беспартийных ходили, а теперь в коммунистах. Ленинцы.
Ленину это по сердцу маслом.
- А в работе задержки нет? А товаров много выпускаете?
И начал, и начал вопросами донимать.
- Да, скоро с мирным временем сравняемся.
- Ну, работайте, работайте, в час добрый, а пока прощевайте.
«Тут ладно, - думает Ленин по дороге в марзолей, - теперь только мужиков проведать, узнать про их житье-бытье».
На третью ночь Ленин встал раньше: ведь дойти до станции, да дорога, да еще, пожалуй, от глухой станции до деревни пешком идти придется. В деревню он поехал в какую похуже, чтобы наглядней было. В одной избушке огонек светился. Пошел туда Ленин.
- Можно отдохнуть у вас?
- Заходи.
Входит Ленин и диву дается. Икон нет. Красные плакаты везде. Портреты. Ленин нарочито спрашивает:
- Вы, что же, некрещеные?
- Мы, товарищ, в гражданах состоим, а в нашем доме читальня, а это вот - уголок Ленина.
«И тут помнят меня», - думает Ленин.
- Ну а как житье-то, мужики?
- Да не так, чтобы уж очень, а все-таки вроде как налаживается. Теперь, слышно, к деревне не задом, а лицом повернулись Ленин-то давно про смычку говорил своим коммунистам, ну вот теперь, видно, задумали сомкнуться.
Вышел Ленин из избы радостный, в марзолей лег успокоенный, спит вот уже много дней после своих странствий. Теперь уже, наверное, скоро проснется. Вот радость-то будет. Ни словами не расскажешь, ни чернилами опишешь.
рейтинг: 
  • Нравится
  • 0
Номер Столицы: 1991-14
Фото дня
Обложка дня
Опрос
Нужны ли на сайте статьи из других журналов?