•   Последние или как я собирала новогодний стол 
  •   Эпитафия советскому року 
  •   Позвольте еще раз поправить Захарова 
  •   Я арестовал заместителя Власова 

Надо ли бояться порнографии?

прнография

АНГЛИЙСКИЙ ПИСАТЕЛЬ Д. Г. ЛОУРЕНС, АВТОР ЗНАМЕНИТОГО РОМАНА «ЛЮБОВНИК ЛЕДИ ЧАТТЕРЛИ», КАК-ТО ЗАЯВИЛ: «ВСЯ ПРОБЛЕМА ПОРНОГРАФИИ, КАК МНЕ КАЖЕТСЯ, СВОДИТСЯ К ФИГУРЕ УМОЛЧАНИЯ. БЫЛА БЫ ГЛАСНОСТЬ — НЕ СТАЛО БЫ ПОРНОГРАФИИ».
НУ ВОТ И МЫ ВСТУПИЛИ В ПОРУ ГЛАСНОСТИ, но РАЗГОВОРЫ, А ПОДЧАС И ЯРОСТНЫЕ СПОРЫ О СЕКСЕ, ЭРОТИКЕ, ПОРНОГРАФИИ, УВЫ, НЕ УТИ- ХАЮТ. ЧИТАЯ ГАЗЕТЫ И ЖУРНАЛЫ, МОЖНО ПОДУМАТЬ, ЧТО РАЗВАЛ ЭКОНОМИКИ, ЭКОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ, КРОВАВЫЕ МЕЖНАЦИОНАЛЬНЫЕ РАСПРИ НЕ ТАК ОПАСНЫ ДЛЯ НАШЕЙ СТРАНЫ, КАК ПОЯВЛЕНИЕ НА ЭКРАНАХ «МАЛЕНЬКОЙ ВЕРЫ» И ТОТ ФАКТ, ЧТО ПОДРОСТКИ ДОРВАЛИСЬ ДО ЭРОТИЧЕСКИХ И ДАЖЕ, СТРАШНО СКАЗАТЬ, ПОРНОГРАФИЧЕСКИХ ВИДЕОФИЛЬМОВ. ЧЕГО ЖЕ МЫ, СОБСТВЕННО, БОИМСЯ? ПОПРОБУЕМ РАЗОБРАТЬСЯ В ЭТОМ ВОПРОСЕ СПОКОЙНО, ОПИРАЯСЬ НЕ НА ЭМОЦИИ, А НА ДАННЫЕ НАУКИ.


СЛОВО «ЭРОТИКА» многозначно.
В одном контексте оно употребляется как синоним сексуальности, так что говорят о сексуально-эротических переживаниях, в другом противопоставляется ей: как культурное начало 一 природно-физиологическому. В третьем контексте она выступает как синоним творчества. Давайте для начала оставим в покое дефиниции, а рассмотрим суть.
Эротическое воображение — неотъемлемый и очень важный элемент человеческой сексуальности, а следовательно —и культуры. С древнейших времен люди создавали произведения, которые стимулировали, разжигали и поддерживали их чувственность. Эротическое искусство, по определению американского писателя Генри Миллера, «это все, что возбуждает нас, усиливает страсть, вызывает вожделение». Народа, который не имел бы каких-то форм эротического искусства, никогда не было, нет и быть не может.
Особенности эротического искусства любой эпохи зависят от сексуальной и, что гораздо важнее, общей религиозно-философской и художественной культуры общества. Поскольку эта сфера жизни столь же важна, сколь и интимна, ее изображение всегда вызывает сильные эмоции, и в истории культуры постоянно шли споры о том, что и как можно показывать и изображать, а чего делать не следует.
В индивидуальном сознании таким регулятором выступает стыдливость. Часто говорят даже о «естественной стыдливости». Однако индивидуальная стыдливость всегда подразумевает какие-то социальные, культурные нормы пристойности, выраженные зачастую в нормах этикета. В одном обществе непристойно, скажем, выказывать открыто нежные чувства (например, мужчина не должен плакать), в другом — табуируется нагота, демонстрация определенных частей тела.

Нормы пристойности весьма разнообразны и зависят от контекста проявлений. Так, правила повседневной жизни неодинаковы для разных конкретных ситуаций 一 в официальном представительстве, публичном поведении, дома у телевизора, на пляже, в постели и т. д. Кроме того, существуют нормы ритуального поведения. Например, средневековые европейцы обычно ходили одетыми, но были религиозные праздники, пережитки древних оргиастиче- ских обрядов, участники которых обнажались и шествовали голыми. Французский король совершал свой утренний туалет и одевание в 门ри- сутствии придворных, нисколько не обращая на них внимания. Некоторые монархи даже послов принимали, сидя на горшке.
Еще одна категория норм 一 правила изображения тела и сексуальности. Нормы эти различны в разных видах искусства: в изобразительном искусстве — живописи, скульптуре, фотографии; в театре и кино, где человек показывается «живьем»; в литературе (проблема «грязных» слов и т. п.), музыке (музыка не относится к числу изобразительных искусств, но в свое время оперу Д. Д. Шостаковича «Леди Макбет Мценского уезда» обвиняли в вульгарном натурализме, изображении скрипа кровати). Известна и эстрадная музыка, где слышны тяжелое дыхание и крики экстаза.
Культурные запреты могут мотивироваться эстетически (красиво 一 некрасиво), этически (нравственно 一 безнравственно) или ссылками на правила этикета (прилично 一 неприлично). Но в конечном счете все зависит от того, как данная культура пони〒ет допустимое соотношение духовного и телесного. Чем более «грязным» и «низменным» представляется тело, тем больше запретов на его изображение. А доводы найдутся всегда.
Оценка явления содержится уже в словах, которые мы выбираем для его описания. Казалось бы, какая разница, как назвать тело 一 «нагим» или «голым»? Ан нет. Образ нагого или обнаженного тела ассоциируется с чем-то благородным и красивым, а голое тело воспринимается как нечто физиологическое и неприличное.

То же и с эротикой. Н. А. Бердяев писал, что «эротическая энергия 一 вечный источник творчества. И эротическое соединение для творческого восхождения совершается. Так же неразрывно связана эротика с красотой. Эротическое потрясение 一 путь выявления красоты в мире». Вряд ли кто-нибудь станет спорить и со знаменитым балетмейстером Морисом Бежаром, утверждающим, что «эротизм 一 это воля к отрицанию смерти, это утверждение жизни».
Нелепо, конечно, отрицать право художника изображать любые стороны и проявления человеческой жизни. В послесловии к американскому изданию «Лолиты» В. В. Набоков говорит о том, что «в свободной стране ни один настоящий писатель не должен, конечно, заботиться о проведении пофаничной черты там, где кончается чувство и начинается чувственность». Противопоставляя эротическое искусство порнофафии, Набоков подчеркивает, что последняя означает для него «бездарность, коммерческую прыть и строгое соблюдение клише», соединение непристойности с банальщиной и замену эстетической услады «простой половой стимуляцией, требующей применения общепринятых фраз для прямого воздействия на пациента».

Слово «порнография» (от древнегреческих слов «порнейя» — проституция и «фафо» — пишу) 一 не научный, а общежитейский термин, обозначающий сексуально-возбуждающие непристойные рисунки, книги и фильмы. Различают «мягкое порно», которое сексуально возбуждает, но не содержит прямого изображения полового акта и половых органов, и «жесткое порно», изображающее именно гениталии и половой акт.
Можно ли установить объективные различия между порнофафией и эротическим искусством, которое тоже, без сомнения, обладает возбуждающими свойствами? В принципе, да. Дело не в предмете изображения (что?), а в его способе (как?). Приведу несколько таких различий.

ЭРОТИЧЕСКОЕ ИСКУССТВО, как и всякое искусство, воспринимается целостно, оно изображает человека во всем богатстве его переживаний. Порнография дискретно фиксирует внимание на «подробностях», отдельных моментах сексуальности, вырывая их из жизненного контекста и сводя сексуальность к половому акту и его технике.
Целостность эротического искусства, с точки зрения художника, в самоценности его творчества, открывающего новые грани человеческого мира. Порнография жестко функциональна, она может служить «пособием», вызывать сексуальное возбуждение, и только. Неповторимость и своеобразие эротического искусства противостоят стандартности ситуаций порно, лишенных личностного смысла. Оперируя стандартными клише, порнография бросает вызов общественным условностям: необычные формы половой жизни сильнее возбуждают людей, а скандал гарантирует прибыль. Порнография — это всегда коммерция, стремящаяся к стандартности и массовости. Это — всегда не искусство, в лучшем случае 一 индустрия развлечений.
И последний критерии различия состоит в том, что эротическое искусство, гуманистичное ^ нравственное по сути, вызывает восхищение, возвышает человека. Порнография, отрицая нравственность, человека унижает. Чаще всего это проделывается с женщинами, которые изображаются в самом унизительном свете. Один из признаков порнографии 一 утрированно выраженная традиция мужского господства.
Все эти различия, можно сказать, достаточно фундаментальны. Но реальная оценка их относительна, она зависит от уровня культуры общества и, естественно, культурного развития человека,' выступающего в роли оценщика. Император Август в свое время отправил в ссылку Овидия за «Искусство любви», а «Завтрак на траве» Эдуара Мане (обнаженная женщина среди одетых мужчин) казался многим его современникам абсолютно непристойным и безнравственным.
Восприятие и оценка большинством людей тех или иных фильмов, картин и книг (порнографических или непорнографических) зависят не столько от эстетических достоинств произведений, сколько от того, насколько сильно они расходятся с представлениями конкретного зрителя или читателя о дозволенном и недозволенном. Есть, правда, и некоторые статистически преобладающие мнения. Например, обнаженное мужское тело, как бы оно ни было прекрасно, смущает, а порой и возмущает людей значительно сильнее, чем тело женское. Огюст Ренуар, обожавший рисовать женскую натуру, избегал писать натурщиков-мужчин. Здесь, видимо, примешивается мистический страх перед гомосексуальностью".
Впрочем, интуитивные предубеждения индивидуальны. Подростки неприлично хихикают ( при рассказе о тычинках и пестиках, в котором для взрослого нет даже намека на эротику. Одни картинки, изображающие сексуальные позиции, нам нравятся, другие 一 вызывают раздражение и отвращение до тошноты. И по свойственной человеку привычке судить обо всем по себе мы сразу же говорим, что это вообще гнусно, гадко, аморально и должно быть запрещено. Споры такого рода принципиально неустранимы. Но кто и как должен их разрешать?

В ЛЮБОМ СОВРЕМЕННОМ обществе существует более или менее развитая сексиндустрия. Скажем, американцы ежегодно расходуют на эротику (видеофильмы, книги, журналы, технику) от 4 до 6 миллиардов долларов. Производство подобных товаров чрезвычайно выгодно: порнографический видеофильм, производство которого обошлось в 24 тысячи долларов, принес за 5 лет 25 миллионов долларов прибыли.
При опросе в 1981 году читателей журнала «Сайколоджи тудэй» 92 процента мужчин и 72 процента женщин сказали, что пользуются порнографией для полового возбуждения. Вопреки распространенному мнению, в порно-шопы ходят вовсе не преступники и сексуальные маньяки, а нормальные, приличные и образованные люди. Самая большая группа покупателей —молодые мужчины.
Вместе с тем две трети американцев, опрошенных в середине 1980-х годов, заявили, что озабочены избытком порнографии,свыше половины 一 утверждали, что она несет вредные социальные и психологические последствия. Как объяснить это противоречие: смотрят, покупают и... осуждают?
Наиболее непримиримые противники порнографии как в США, так и в Западной Европе принадлежат к двум различным группам. Первая группа — многочисленные религиозные и иные консервативные организации. Они добиваются запрета порнографии, так как она безнравственна, греховна и противоречит христианскому вероучению. Эти организации располагают большими материальными средствами и действуют весьма активно. Подчеркнем, что их крестовый поход направлен не только против порнографии, но и против эротики, а зачастую и против сексуального просвещения вообще.
Воинственно-непримиримое отношение к сексу — часть некой, более общей идеологии. Среди ее носителей много женщин и пожилых, тех, кто теснее связан с догмами религии и более активно их пропагандирует. Многие из этих людей выросли в маленьких городах. У них ниже профессиональный и образовательный уровень; их взгляды на семью и сексуальность более традиционны. Они отличаются политической нетерпимостью и более благосклонны к цензуре, чаще других считают, что общество морально деградирует и находится под угрозой внешнего и внутреннего заговора. s
У одних из этих людей подобные установки сформировались как следствие неудачного личного опыта, собственных сексуальных разочарований, у других 一 это просто лицемерие. Так был развенчан один их самых оголтелых американских телепроповедников, когда его уличили в связи с проституткой, а затем и в гомосексуализме.
Что касается пассажей на сей счет политиков, то тут все ясно. Лозунги защиты семьи и нравственности всегда находят поддержку у населения. А играя на сексуальных страхах и предрассудках людей, легче всего скомпрометировать политического противника.
Превосходно вписывается в этот стереотип и идея «иностранного заговора». В 1798 году один английский епископ красноречиво предостерегал британскую Палату лордов против гастролей французского балета: «Отчаявшись повлиять на нас силой оружия, французские правители теперь предприняли более тонкую и опасную атаку ...пытаясь осквернить и подорвать мораль нашей молодежи. Они послали к нам группу танцовщиц, которые с помощью самых непристойных поз и развратных театральных жестов вполне преуспели в том, чтобы ослабить и развратить нравы на- рода». В 1960-х годах абсолютно то же самое писал в своем романе «Чего же ты хочешь?» советский писатель Всеволод Кочетов, с той только разницей, что, по Кочетову, танцевально-подрывной деятельностью занимались не французские революционеры, а агенты ЦРУ.
Вторая влиятельная группа, ведущая поход против порнографии,— феминистское движение. Главный аргумент феминисток в том, что порнография и коммерческий эротизм унижают женщин, низводят их до положения пассивного сексуального объекта, оскорбляют их человеческое достоинство и даже прямо провоцируют сексуальное насилие.

В ЧЕМ ЖЕ ДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЙ вред порнографии? В психологии имеется три теории по этому вопросу. Теория моделирования, или подражания, утверждает, что зрелище эстетически привлекательных и эмоционально возбуждающих картин сексуального поведения вызывает стремление подражать им, способствует росту распространения такого поведения.
Теория катарсиса (катарсис 一 греческое слово, обозначающее эмоциональное потрясение, возникающее в процессе художественного восприятия и приводящее к внутреннему очищению), напротив, полагает, что эротические зрелища служат как бы предохранительным клапаном, позволяющим человеку разрядиться — избавиться от подавленных сексуальных влечений. Естественно, это уменьшает вероятность социально неприемлемой реализации желаний.
И наконец, нулевая теория, согласно которой сексуальное поведение индивида индифферентно к эротическим материалам, они не стимулируют и не подавляют его. Сторонники этой теории считают, что поведение человека зависит прежде всего от «собственного сценария» и от внешних влияний вообще мало что зависит.
Многочисленные эмпирические исследования (массовые опросы, изучение опыта стран, в которых изменилось законодательство, экспериментальные исследования человеческих реакций на разные виды сексуальных стимулов) показали, что картина реальной жизни богаче и разнообразнее каждой из этих теорий.
Прежде всего, выяснилась недостоверность представлений обыденного сознания: люди часто повторяют расхожие клише, не задумываясь о степени их обоснованности. Члены Президентской комиссии по непристойности и порнографии, созданной в США в 1970 году, провели опрос большой группы американцев. Вопросов было два: что думают опрашиваемые о влиянии порнографии на поведение и психику людей и встречались ли сами респонденты со случаями, которые им представляются реальными. Разрыв между предвзятой установкой и личным опытом оказался громадным. Так, 47% опрошенных мужчин и 51% женщин считали, что порнография побуждает людей совершать акты насилия; на собственном же опыте или опыте своих знакомых это смогли подтвердить лишь 10% мужчин и 8% женщин. В том, что порнография подрывает моральные устои, уверены 550/о мужчин и 57% женщин, конкретными же фактами такого рода располагали лишь соответственно 15% и 12%.
Мнение специалистов 门о этим вопросам (социологов, психологов, людей, работающих с молодежью) оказалось гораздо более сдержанным. Из 799 специалистов по проблемам молодежи три четверти не считают «грязные книги» существенным фактором юношеской преступности. Из 3 423 психиатров и медицинских психологов на вопрос: «Встречались ли в вашей профессиональной практике случаи, когда бы порнография была причиной антисоциального поведения?» 一 отрицательно ответили 80%; уверены, что знают подобные случаи, — 7% и предполагают такую связь 一 9%. С мнением, что «лица, употребляющие порнографию, больше других склонны участвовать в девиантном сексуальном поведении», не согласились 84% опрошенных. Подавляющее большинство специалистов по половому воспитанию сочли влияние эротических материалов на подростков безобидным, полагая, что они главным образом удовлетворяют «естественное любопытство».
Мнение указанных специалистов подтверждают многочисленные экспериментальные исследования, в ходе которых испытуемым демонстрировались разные эротические материалы, а затем фиксировались их физиологические и эмоциональные реакции. Выяснилось, что, хотя порнография действительно стимулирует работу воображения, вызывая половое возбуждение, лишь немногие пытаются воспроизвести увиденное, особенно если оно имеет садомазохистскую направленность. Кроме того, интерес к таким стимулам вообще быстро угасает.

Поучителен в этом отношении и опыт стран, в которых антипорнографические законы были отменены. В Дании, после того как это сделали в 1967—1969 годах, количество изнасилований уменьшилось, число преступлений против детей снизилось на 85%, остальные виды половых преступлений не выросли. А вот спрос на порнографию вскоре на две трети упал. Теперь датчане производят ее главным образом на экспорт.
В японской эротике и порнографии (фильмы и книги) значительно сильнее, чем на Западе, представлена тема связывания и изнасилования. Казалось бы, распространение таких материалов должно увеличивать количество реальных изнасилований. На самом деле в Японии изнасилования случаются реже, чем в любой другой .индустриальной стране. Не исключено, что подобные эротические материалы помогают японцам «разводиться», исключить социально неприемлемые поступки в действительности. Или просто старые культурнее запреты там более устойчивы?
Неоднозначные результаты дали опросы мужчин, осужденных за половые преступления, включая изнасилование, а также 一 для сравнения 一 тех, что попали в тюрьму за другие преступления. Для контроля брались и ответы случайных людей, не совершавших каких-либо противоправных действий. Результаты, как я уже сказал, были противоречивы. С одной стороны, известны случаи, когда люди совершали половое преступление, подражая тому, что они только что увидели на экране или в журнале. Имеются даже данные о том, что агрессивное сексуальное поведение коррелирует с более интенсивным потреблением порнографии. Однако совсем не обязательно существует обратная зависимость: многие насильники смотрели порнографических фильмов не больше, чем остальные люди. Больше того, значительная часть получила пуританское воспитание, и, как они выразились, их вообще больше вдохновляет реальная, чем воображаемая жизнь.
Не подтверждается и мнение о том что распространение порнографии усугубляет социальное и психологическое неравенство полов, Историко-этнографические данные показывают, что наиболее терпимые, демократические общества, в которых меньше запретов на сексуальность, в гора до большей степени признают равенство мужчин и женщин, чем те, где существует строгая половая мораль и много нормативных запретов.
Значит ли это, что порнография вообще безвредна? Такой вывод был бы поспешным и легкомысленным. Вообще же мнения здесь по-прежнему разные, чаще всего 一 противоположные.

В 1986 году назначенная генеральным прокурором США новая Комиссия по порнографии решительно отвергла индифферентное заключение Президентской комиссии 1970 года и рекомендовала ужесточить антипорнографическое законодательство. Правда, состав новой комиссии был откровенно консервативным, ее заключения подверглись дружной и обоснованной критике специалистов. Серьезные исследователи отмечали, что эротические материалы, включая порнографию, оказывают сравнительно слабое и краткосрочное влияние на реальное сексуальное поведение. Сексуальный сценарий личности формируется не сразу, в его развитии есть какие-то, возможно, неизвестные нам критические периоды, после чего внешние воздействия уже не могут радикально изменить его. Если бы было иначе, это означало бы, что человеческая личность как устойчивая целостность вообще не существует или что сексуальность с ней не связана.
А что если воздействию, причем не кратковременному, а длительному, подвергается не сформировавшаяся устойчивая личность, а ребенок или подросток? Порнография не может быть синонимом полового просвещения, она изображает не сексуальность вообще, а преимущественно ее отчужденные, дегуманизированные, социально или морально осуждаемые формы. Изображая обычное сексуальное поведение, порнограф помещает его в какой-то необычный контекст (обстановка, мотивы и т. д.); если же обычен контекст, предлагается «необычное» поведение. Можно ли с уверенностью считать, что это ни на кого не окажет влияния? Наверное, все-таки нет. Хотя наши установки достаточно устойчивы, они поддаются и воздействию, и изменению. А это значит, что общество вправе и даже обязано защищать своих членов, особенно детей и подростков, от потенциально вредных или опасных воздействий.

ИЗВЕСТНЫЙ АМЕРИКАНСКИЙ психолог Донн Бирн предложил трехступенчатую модель изменения сексуально-эротических установок и поведения личности под влиянием порнографии:
1) благодаря ознакомлению и снижению эмоциональной чувствительности отрицательная установка превращается в нейтральную или слегка положительную;
2) затем этот ранее неприемлемый образ действий проигрывается в воображении;
3) этот образ претворяется в поступки, поначалу экспериментальные, а потом и привычные.

Разумеется, такая последовательность событий не фатальна — и сами люди, и условия их жизни остаются разными, разными могут оказаться и установки. Но можно ли все пускать на самотек, если речь идет о развитии таких опасных вещей, как педофилия, садизм или насилие? В атмосфере сексуальной сдержанности, когда люди остаются людьми, они сами контролируют и подавляют свои морально или социально неприемлемые наклонности. Если в их окружении все дозволено, многие этого делать уже не станут. Конечно, большинство людей, вероятно, не изменится ни при каких обстоятельствах, но ведь и 5-процентный прирост садизма стал бы для общества катастрофой.
Современные исследования воздействия сексуально-эротических материалов на личность значительно сложнее и прецизионнее прежних. В них, в соответствии с определенной программой, во-первых, уточняется характер стимула, в частности, содержит ли он апологию насилия. Во- вторых, определяется тип человека, на которого этот стимул воздействует, его прошлый сексуальный опыт и предпочтения. В-третьих, различаются и фиксируются краткосрочный и долгосрочный эффект такого воздействия. В-четвертых, уточняется психологическая и социальная сфера воздействия 一 идет ли речь только о сексуальном поведении или о чем- либо другом.
Группе студентов, предварительно классифицированных по их отношению к сексуальному насилию, зачитывали или показывали изображения разных эротических сцен, включая изнасилование. Физиологические реакции испытуемых при этом объективно фиксировались, а затем они должны были изложить собственные эротические фантазии. Оказалось, что уровень сексуального возбуждения испытуемых (сам по себе довольно высокий) мало зависит от их эротических предпочтений и от содержания предлагаемого стимула. Однако эротические фантазии тех испытуемых, которым предлагалась сцена с изнасилованием, содержали гораздо больше «насильственных.» мотивов, чем у тех, кто видел изображение обычного полового акта по обоюдному согласию. Причем особенно сильной была реакция мужчин, которые и раньше положительно воспринимали этот тип агрессивной сексуальности.
Какой можно сделать вывод? На обычных, средних людей порнография влияет мало, и ее нельзя считать причиной сексуальных преступлений и аномалий. Люди подбирают эротические материалы по своим потребностям, а не наоборот. Однако, судя по лабораторным данным, насильственная эротика делает некоторых людей более терпимыми к насилию (не только сексуальному), уменьшает сочувствие к его жертвам и увеличивает готовность участвовать в актах насилия. Ясно, что общество не должно относиться к этому безразлично.
Игорь КОН
Действительный член Академии педагогических наук СССР


рейтинг: 
  • Нравится
  • 0
Номер Столицы: 1991-06
Фото дня
Обложка дня
Опрос
Нужны ли на сайте статьи из других журналов?