•   Последние или как я собирала новогодний стол 
  •   Эпитафия советскому року 
  •   Позвольте еще раз поправить Захарова 
  •   Я арестовал заместителя Власова 

600 секунд: клиника Неврозов

александр невзоров фото

Горестные заметки о документальном фильме «Невзоров»
Этот печальный и рассудительный фильм А.Каневского и П.Когана не удовлетворит никого — ни страстных поклонников таланта Александра Невзорова, ни его не менее страстных противников. Поклонники недосчитаются множества комплиментов и восторгов в адрес своего кумира, а противникам недостанет обличений и развенчаний.
Но тысячу раз правы авторы картины, задумавшие показать не политический портрет, а человеческий характер. Характер гораздо более сложный, чем тот, который врывается в наши мрачные будни на 600 секунд.
То, что Александр Невзоров человек не безталанный, авторами даже не обсуждается. Отталкиваясь от данной аксиомы, они ведут свое расследование этой личности, в которой соединяется несоединимое. В этом характере намешано столько страстей, заблуждений и грехов, что впору говорить о трагичности судьбы и жизни Невзорова.

Трагедия Невзорова — это и трагедия всего нашего забитого народа-долгостроителя коммунизма. Народа отчаявшегося и изверившегося, изолгавшегося.
Ненавидя советскую власть, Невзоров, как и весь советский народ, Продолжает быть тем самым «красным совком», каким его сделали семья и школа, наука и жизнь, клуб и художественная самодеятельность. Сдирая с себя «совковую» кожу, он лишь обнажает «совковые» нервы. Только и всего.
Только и всего? Нет, для понимания невзоровской сущности это очень важное обстоятельство. Затравленный, гонимый, презираемый, он с неистовостью и непобедимостью простого советского человека советскими же методами будет защищаться, мстить, наказывать обидчиков. В лучших традициях морального кодекса строителя коммунизма.


Человек играющий, он заигрался, заблудился, запутался. И признаться в этом себе и людям, смирить гордыню — на это у Невзорова нет ни сил, ни вкуса.
Как нет вкуса и в его любимом увечном детище «600 секунд». Расчлененные трупы, облезлые крысы, смрадные помойки, уродцы и калеки, изъязвленные конечности — вот его стихия, его воздух, которым он живет и дышит. Он с нескрываемым наслаждением преподносит жизнь в формах самой жизни, грязь в формах самой грязи, пополняя ряды унылых социалистических реалистов. Златоуст, подросток и игрок, мелкий бес и герой нашего времени — таким предстает супермен Невзоров в одноименном фильме.

Его уникально-ординарную личность легко можно описать при помощи русской приставки «недо». Недоучка, недоросль, недомыслие — пусть неленивые читатели сами продолжат этот недосказанный ряд. Но главная черта невзоровского таланта — это вопиющий недопрофессионализм. Желая быть в профессии всем, он остается в ней никем. Не режиссер и не актер, не журналист и не политик, не футуролог и не философ, Невзоров из кожи вон лезет, чтобы доказать свою значительность, а все выходит лишь глупость да смех.
Бедный, бедный мальчик, верный наследник своего великого земляка Ивана Александровича Хлестакова, Александр Глебович Невзоров вдохновенно врет себе и людям.

«Я уклоняюсь от любого занятия политикой». Полно вам, сударь, а чем же вы изволите заниматься? Например, в Вильнюсе, когда запамятовали о том, что вы — христианин? «Вот приедет Саша, Саша нам покажет», — уверенно заверял хозяин Смольного дворца Гидаспов, прекрасно зная, что Саша, мобилизованный и призванный ненавистными коммунистами, выполнит и перевыполнит наказ партии на 120 процентов. И Саша не подвел хозяина, с нескрываемой гордостью сплотив ряды лакеев Смольного дворца.
Смутное время, которое Невзоров подвигнулся отразить, отражается в глубинах его смутной и мутной души. «Ненавижу коммунистов», — простосердечно признается Невзоров. Но, во-первых, кто же их любит, а во-вторых, надо быть последовательным и в ненависти тоже. Зачем же тогда из рук тех самых коммунистов принимать какие-то медальки и, не дрогнув мускулом, выслушивать слова о том, что дело партии попало в надежные невзоровские руки? И как ненависть к КПСС можно сочетать с любовью к ЧК и к ГКЧП?

Невзоров может. Невзоров все может.

Боевую машину пехоты, которая давила людей в Вильнюсе и в Москве, он может ласково называть «бээм-пэшкой». Бутафорски горящий погранстолб с гордой аббревиатурой «СССР», долженствующий доказать-злодеяния литовских сепаратистов, он запросто может снимать в самом центре Ленинграда. Взорванное православное кладбище можно доснять там же. А уж полыхающий гроб, покрытый серпасто-молоткастым кумачом, сам Бог велел снимать в санкт-петербургском дворике. И не беда, что с гробами в стране напряженка — ради красного словца, ради кровавого кадра, ради багряного эпизода Невзоров не остановится ни перед чем. И ни перед кем. Даже перед Богом, в которого он врет что верит.

Потому что если правда верит в Бога, то почему же не боится Его? Неужели Александр Глебович не слышит, что речи экс-премьера Павлова, которому он предрекал светлое будущее, или Макашова, или Жириновского — не просто противные, но еще и богопротивные? Если нет вкуса, то слух-то по крайней мере должен быть?
Я не отрекаюсь и не отрекусь никогда от слов признания талантливости автора «600 секунд». Но талант, направленный в ненависть, жестоко мстит за себя и отомстит еще не раз.
Пиромания, мания величия, мания преследования — составные части психопатического развития личности. А простодушное признание жены, актрисы Александры Яковлевой, ставит точку в анамнезе, и в диагнозе Невзорова: «Он боится показаться не только слабым, но и ординарным». Точнее не скажешь.

Постоянная возгонка мыльных пузырей вокруг своей скромной личности — это стиль, образ и воздух заблудившейся невзоровской жизни. Он просто обязан быть на переднем крае, впереди паровоза, поверх барьеров. И не видит, не слышит, не чувствует даже, что бывает при этом смешон, жалок. Его должны окружать свита и скандал. Без свиты и скандала жизнь для него теряет всякий смысл.
Куда-то в песок, в канализацию просочилось следствие по делу о покушении на драгоценную Сашину жизнь. Президент Горбачев слал телеграммы сочувствия, Собчак наносил визиты в госпиталь (Саша не простит ему этого), а дело, самое громкое, если не считать дела ГКЧП, почему-то застопорилось.

Полноте, господа, совсем не обязательно быть военно-полевым хирургом Пироговым Николаем Ивановичем, чтобы ранение в мягкие ткани левой руки диагностировать как са-мострел. Берешь в правую руку пистолет, потому что левой стрелять несподручно, и наутро страна узнает своих героев!
Продюсер «600 секунд» Борисоглебский, впоследствии именуемый предателем «600 секунд», в свое время элегически рассуждал: «Сам или не сам стрелял — какое это имеет значение?»


Как это мило, не правда ли? То ли он убил, то ли его убили — какое это имеет значение? Сумасшедшая страна. Сумасшедшие люди. Сумасшедшие герои.
И впрямь, какой степени свихнутости нужно иметь мозги, чтобы ничто-же сумняшеся залудить с экрана такую вот самобытную фразу: «Кровь Тбилиси на скатерти у Собчака».
Нет, не боится Александр Глебович своего Бога, если Он у него, конечно, есть, в чем приходится сильно усомниться.
День 19 августа 1991 года Невзоров встретил, как день своего второго рождения. Свершилось! Дождался! Пробил звездный час! И в раже пьянящей победы он договаривается до вещей и вовсе кощунственных. В том, что афера ГКЧП пришлась на день Преображения Господня, Невзоров узрел Божий промысел. Патриарх Алексий не узрел, а репортер Александр узрел. Не слабо...

Не стыдясь и не боясь Бога, Невзоров выдает в объектив самое сокровенное, о чем даже страшно, но очень хочется мечтать: «Я надеюсь хоть изредка, по телефону, робким голосом что-то полезное советовать новому руководству». Мы, конечно же, были и все еще остаемся страной советов, но окститесь, Александр Глебович, не до такой же степени, как вам бы хотелось. Послушайте себя, ужаснитесь себя и слов своих, которые множат -скорбь и печаль скорбной и печальной нашей с вами родины.
Не слышит. Не дает ответа.
Сумрачный талант Александра Невзорова, талант, обращенный во зло, в ненависть, в обожание себя, любимого, истончается на глазах. И чем менее талантливо он работает, тем больше зла и истеричности в его ставшем замогильным голосе, в его затравленном тяжелом взгляде. Величие и падение Александра Невзорова, репортера, — внутренний сюжет этой талантливой картины о талантливом человеке. Невзоров достоин такой картины. Она дает ему шанс выжить.»
Валерий ТУРОВСКИЙ

рейтинг: 
  • Нравится
  • 0
Номер Столицы: 1992-07
Фото дня
Обложка дня
Опрос
Нужны ли на сайте статьи из других журналов?