•   Последние или как я собирала новогодний стол 
  •   Эпитафия советскому року 
  •   Позвольте еще раз поправить Захарова 
  •   Я арестовал заместителя Власова 

Месье Шохин, же не манж па сколько жур?

Александру Шохину 40 лет. В новом руководстве России занимает сразу две должности — заместителя председателя правительства РСФСР и министра труда и занятости. Ученая степень — доктор экономических наук.
1987 год можно считать началом политической карьеры А.Шохина — в это время он становится советником Э.Шеварднадзе. Женат. Есть сын.


— Александр Николаевич! Вы отвечаете за социальный раздел реформы — разрабатываете меры, которые должны защитить людей во время перехода к рынку. Что это за меры?
— Все поголовно в защите не нуждаются. Многие способны сами «выкрутиться». И задача правительства — создать благоприятные для этого условия. Какие? Например, предприятия (если они, разумеется, работают нормально) получили возможность самостоятельно повышать работникам зарплату — либо в меру роста цен, либо даже обгонять вздорожание. Это и означает реальный рост доходов.
Фермеры, крестьяне тоже способны повысить благосостояние, если им не мешать. Не вызывают беспокойства и предприниматели. Они наверняка будут жить лучше при рыночных отношениях. Так что от стереотипа — будто реформа чуть ли не всех поставит на колени перед голодом и нищетой — придется отказаться.
— Как перенесут реформу люди с фиксированными доходами — врачи, учителя, студенты, пенсионеры...
— Не самым лучшим образом. Главная задача экономической программы — ликвидировать дефицит бюджета...
— Вместе с населением?
— ...и сделать деньги деньгами. Суть реформы — макроэкономическая стабилизация.
— Каков сегодня дефицит бюджета?


— Семнадцать процентов к валовому национальному продукту. Это очень много! Норма — хотя понятия нормы здесь не существует — три —пять процентов. Правда, бывает и больше, но в приличных, цивилизованных странах умеют жить в долг, умеют отдавать долги. У нас же такой дефицит означает, что единственной статьей дохода является... денежная эмиссия. Включили станок и печатаем бумагу. Сравните: в ноябре 1991 года месячная денежная эмиссия составила более 20 миллиардов — это годовой уровень 1990 года. Выход один — сократить расходы бюджета.
— И при этом финансировать новые социальные программы?
Они, в частности, предусматривают появление ночлежек, бесплатных столовых... Существует ли механизм открытия этих «рыночных» заведений?
— Прежде чем до похлебки дойти, я предпочел бы поэтапно рассуждать.
Повторяю — бизнесмены ни в каких социальных пособиях не нуждаются. Люди, занятые в производстве, — тоже. Они прокормят себя сами. Значит, речь идет только о тех, кто на время потеряет работу либо вынужден получать зарплату за счет бюджета. Безработным будут выплачиваться пособия. Тем, кто сядет за парты и чтобы получить другую специальность, выплатят стипендии. А про зарплату из госбюджета надо усвоить следующее — ни одна самая совершенная система индексаций полной компенсации дать не в состоянии. Поэтому проблема заключается в том, чтобы рост фиксированных доходов не слишком сильно отставал от роста средней зарплаты в промышленности. Добились же учителя, чтобы Б.Ельцин подписал указ, в котором сказано — ставки и оклады учителей должны быть равны средней зарплате в промышленности, а профессора чтоб получали в два раза больше, чем эта самая зарплата
— Но вы-то понимаете, что средняя зарплата каждый месяц будет меняться и уже через полгода оклады учителей безнадежно от нее отстанут. Когда принимали указ Б.Ельцина, она составляла примерно 460 рублей. Теперь эти деньги средним заработком никак не назовешь!
— Бюджет, знаете, тоже не резиновый. Мы стремимся сделать его бездефицитным. Стало быть, добиться высокой зарплаты можно только в рамках расходов бюджета. Что это означает хотя бы на примере учителей? Хотят много получать — пусть проводят сокращение штатов. Существует жесткая взаимосвязь: чем выше зарплата, тем выше безработица.
— Но учителей-то не хватает, о каком сокращении может идти речь?
— Значит, дома станем учить детей. Смотрите на положение дел реально. Если не повышается производительность труда, а зарплата увеличивается — это прямой путь к безработице. Если же бюджет имеет устойчивые источники доходов, в частности, за счет налогов, тогда можно увеличивать зарплату тем, кто рассчитывает только на казну. Желаете проявить заботу об учителях, врачах, пенсионерах — увеличивайте налоги.
— Именно поэтому новые налоговые ставки столь велики?
— Закон о налогах «прописан» под ту самую социальную программу, которая уже обещана: девяносто процентов прибавки в бюджетных отраслях, новый — более высокий — минимум пенсий, стипендий, зарплат... Чтобы все это обеспечить, налог на добавленную стоимость должен быть не меньше 28 процентов и на прибыль не меньше 40. Плюс акцизы на водку, табак, золото... И даже при этих ставках не удастся ликвидировать дефицит бюджета. Он останется на уровне пяти процентов.
— А если предприниматели и производители потребуют снизить ставки налогов?
— Тогда придется увеличить дефицит бюджета за счет эмиссии. Как ни считайте, все одно выходит: не устраивают высокие налоги, сокращайте расходы на образование, здравоохранение...
— Вы уверены, что мы будем мучиться не зря и жесткая финансовая, налоговая политика позволит выйти хотя бы на минимальный дефицит бюджета?
— Смею надеяться. Программа макроэкономической стабилизации вообще рассчитана на бездефицитный бюджет. Но это может стать реальностью только в сплоченном обществе, таком, как польское.
— Мне кажется, вы преувеличиваете его сплоченность. Там тоже идет политическая борьба, даже появились надписи на стенах: «Коммунисты, возвращайтесь!» Как бы и вы со своими строгими расчетами не просчитались.
— Согласен — под голую арифметику нужно подвести социально-экономическую базу. Но как бы справедливо и логично ни рассуждали политики, экономисты, есть объективные законы. Один из них: стимулов экономического роста в период выхода из кризиса не бывает. Остается только запастись терпением. И не надо мне задавать вопрос: «Сколько можно терпеть?» Еще можно. Единственное, что способно облегчить тяготы, — это попытка «проскочить» тяжелый период как можно быстрее. За полгода, максимум — за девять месяцев. Если пройдем быстро, создадим предпосылки для экономического роста. Обратите внимание — речь идет только о предпосылках. Вот тогда начнется снижение налогов и прочие благодати. Схема универсальна, действует везде. Но поскольку политическая ситуация в стране очень сложная, велика вероятность, что нам не удастся провести жесткую финансовую политику.
— Допускаете взрыв социального недовольства — голодные бунты, забастовки, ультиматумы предпринимателей?
— Наивно ожидать, будто люди будут счастливы от высоких цен и налогов. Но должно быть терпение. На мой взгляд, определенный кредит доверия к правительству есть.
— Интересно, в чем он выражается?
— Люди уже устали от поисков «третьего» пути, когда пытаются совместить социалистическую идею с рыночной экономикой.
— Полагаете, общество психологически уже готово к расслоению на бедных и богатых?
— Общество примет это расслоение, если не будет откровенных проявлений бедности. Экономистам известно правило двух эскалаторов. Кто-то поднимается из метро вверх, кто-то спускается вниз. Вдруг одна лестница ломается. Счастливые и довольные едут вверх, другие стоят. Повод для недовольства — вы оказались не на том эскалаторе. Другой вариант — оба эскалатора идут вверх, но с разной скоростью. При этом все пассажиры знают — движение есть. Это и представляется мне тем самым расслоением, которого так опасаются.
— Полагаете, мы все-таки едем, даже сейчас?
— Мы создаем предпосылки для этого движения. Сейчас наиболее тяжелый период: две трети граждан за чертой бедности, многие не просто остановились на сломанном эскалаторе, а вообще поехали не туда, куда хотели. Им надо либо быстро-быстро бежать по ступеням вверх, чтобы хоть остаться на месте, либо... Вот тут и возникает проблема бесплатного супа. В Польше он назывался похлебкой Бальцеровича.
— А у нас будет супчик имени Шохина. И милостыню станут просить со словами: «Месье Шохин, же не манж па...» Я позволяю себе шутить только потому, что уверена — страхи перед реформой сильно преувеличены. А правительство, чрезмерно запугивая народ ночлежками, безработицей, бесплатной кашей, допускает ошибку.
— Возможно. Но речь идет не о супе как таковом. Отдельные группы населения должны быть взяты под прямой присмотр государства. Вы спросили в начале беседы — существует ли механизм этого «присмотра». Да, он в принципе разработан. Представляет собой систему государственных закупок товаров, продуктов по рыночным ценам, которые потом будут распределяться между малообеспеченными гражданами. Создано Министерство социальной защиты населения РСФСР. Его главная задача — забота о таких людях. Будут созданы и различные фонды помощи. Например, в один из них после переоценки товаров 2 января 1992 года поступит около 65 миллиардов рублей. Другой источник финансирования — акцизные налоги, их ставки можно устанавливать на местах. Государство должно лишь гарантировать поступление средств, а опекать конкретного малозащищенного человека следует местным властям.
— Парламент России критиковал социальную программу. Замечания учтены?
— В ответ на критику я перешел в атаку и спросил: «Где, уважаемые депутаты, закон о частной собственности? Ведь он дал бы самые реальные шансы для помощи. Почему не продается земля? Почему раздаются огороды за 100 — 120 километров от Москвы без права строительства сарая? Люди могут обойтись без похлебки, если только дать им возможность прокормить себя.
— Есть прогноз, что новое правительство продержится до февраля. Он обоснован?
— Прогнозы высказываются разные, и лично я слышал более оптимистичные — кто-то высчитал, что мы продержимся до лета. Я же отношусь к подобным пророчествам так же, как к астрологическим предсказаниям. Трудно строить экономику, объясняя все удачи и просчеты расположением звезд.
Елена КОЛЕСНИКОВА
Журнал Столица номер 1 за 1992 год.
рейтинг: 
  • Нравится
  • 5
Номер Столицы: 1992-01
Фото дня
Обложка дня
Опрос
Нужны ли на сайте статьи из других журналов?