•   Последние или как я собирала новогодний стол 
  •   Эпитафия советскому року 
  •   Позвольте еще раз поправить Захарова 
  •   Я арестовал заместителя Власова 

№ 1 (Номер один)

Мы придумали знак отличия «Доброе сердце», сделали его из золота и решили ежемесячно вручать его москвичам, у которых оно, сердце, именно такое. Поступили мы так потому, что никому раньше в нашем городе почему-то не приходило в голову награждать людей за элементарную доброту и чистосердечную заботу о ближних, готовность бескорыстно прийти на помощь. А ведь именно за это награждать на самом деле и надо. Знак номер 001, как писала «Столица» в предыдущем номере, вручен Александру Павловичу Шабалову. За то, что он в течение года на свои деньги финансировал городскую Службу спасения, которая за этот год больше двух тысяч раз выезжала на помощь попавшим в беду москвичам. На пожары, аварии, к детям, оставшимся за захлопнувшимися дверями, к потерявшимся людям, умирающим старикам, да просто к застрявшим в лифтах...
Создавая службу, Шабалов надеялся, что поможет московское правительство. Мэр столицы идею одобрил, а недавно подписал положение, в соответствии с которым финансировать деятельность службы будут городские власти. Но между одобрением и финансированием прошел год. И весь этот год Шабалов платил за все расходы по спасению москвичей из своих собственных денег. Мы решили, что он заслуживает «Доброго сердца» вообще и первого — в частности. Вручать Шабалову «Доброе сердце» № 1 поехали главный редактор «Столицы» Сергей Мостовщиков, член редколлегии Рустам Арифджанов и фотокорреспондент Дмитрий Азаров.
Надо сказать, что никто в нашей редакции никогда не вручал ни медалей, ни орденов. Так что после того как Шабалов внимательно рассмотрел сердце в бархатной коробочке и подыскал место на стене, чтобы повесить соответствующее свидетельство, мы, может быть, и нарушили принятый в таких случаях протокол, но сели пить кофе. Вика, секретарь Шабалова, принесла четыре маленькие белые чашки. Азарову, Арифджанову, Мостовщикову.
— А четвертая кому? — удивился Шабалов.
— Вам, Александр Павлович! — сказала Вика. — В честь праздника. Нам она потом объяснила:
— Обычно мы ему кофе не даем. У него — сердце.
Доброе сердце, если оно действительно доброе, всегда болит. Даже у людей с прекрасной кардиограммой.
Сердце же у выпускника воздушно-десантного училища, а затем и Высшей школы КГБ Александра Шабалова было не просто здоровым. Не однажды медицински освидетельствованное, оно всегда признавалось годным к десантной, чекистской и другой важной для Отечества работе. И хотя к 32-м годам (майорский возраст) он все еще был старшим лейтенантом, со здоровьем это связано не было.
Ну, в общем, если во время совещаний говорить кагэбэшному генералу, что «вам, товарищ генерал, с вашими-то устаревшими взглядами давно пора в отставку», демонстративно просить о переводе в провинцию и уходить из престижного отдела в отдел, где больше беготни, чем кабинетной аналитики, многого не добьешься. Он и не добился, ушел. В 88-м вместе с коллегами по работе они создали свою фирму ЦГБТ — Центр гибких технологий безопасности.
Шабалов тогда сам придумал эмблему, которая, по наследству, стала символом и службы спасателей. Летучая мышь с ключом в руках. Он мышей этих знает с детства. Отец всю жизнь мастерил летательный аппарат, «работающий на мускульной силе». Вот Саша и снимал для отца этих мышей на кинокамеру и таскал из школьного кабинета биологии засушенные образцы.
— Я, — признается Шабалов, — фильм про Бэтмана посмотрел только недавно. А до того не очень понимал, с чего вдруг иностранцы про нас заладили: «московские бэтманы», «русский человек-мышь». Посмотрел и понял, почему американские журналисты с особым удовольствием снимали, как наши ребята по стенам домов лазают и с крыш спускаются. У американцев свои стереотипы.
Но и Шабалов создавал службу, аналогичную американской 911. После того как насмотрелся фильмов о тамошней службе спасателей.
Для этого нужны были деньги. Год назад они у Шабалова были. Хотя и далеко не лишние. ЦГТБ выпускал не просто конкурентоспособное оборудование, а технику, не имеющую аналогов. Их броневики с бортовыми процессорами и синтезаторами речи покупали банки и инкассаторы. Во время одного из путчей им доверили хранить часть российского золотого запаса. Они работали с Пари-банком, Ллойд-банком, Сити-банком. Они создали уникальнейшую систему слежения и управления «Вектор»... Однажды английская газета написала о нашем герое статью «Из КГБ — в миллионеры».
— Да какой миллионер! Я и тогда им не был, — хорошо одетый Шабалов протестует закуривая. — А теперь чуть ли не все заработанные ЦГТБ деньги ушли за год на службу спасателей.
Этот год обошелся ему дорого, в самом прямом смысле.
Сейчас уже трудно сказать, что центр финансирует службу, поскольку центра уже почти что и нет. Из 600 конструкторов уникальных систем осталось 15. Большинство программ и разработок приостановлены. Фактически за спасение тех людей, которых в течение года служба вытащила из беды, он заплатил собственной фирмой. Прошел вторую часть пути: из миллионеров в спасатели. Дорогую мебель, телевизор с неимоверным экраном, технику, которой нигде в мире нет, Шабалов называет остатками былой роскоши.
Так оно и есть. Сейчас у него нет денег на покупку износившихся за зиму ботинок для спасателей. И нет денег на медикаменты. Потому что, хотя решение о финансировании службы из средств города уже существует, самого финансирования все равно пока нет.
Спасатели, получая очень небольшую зарплату, часть ее тратят на лекарства и препараты, которые необходимы для выездов на операции. Потому что у центра, на базе которого создавалась служба, уже не хватает средств даже на это.
Вот пример. На один экипаж городской «скорой помощи» приходится 5-6 вызовов в день, на экипаж спасателей — 15-16. Пять тысяч звонков о помощи в день. И с каждым днем все больше. И все это требует денег. Они собирались стать только информационным центром — сортировать звонки и переправлять по соответствующим службам. Но срывающиеся голоса в телефонной трубке заставляли самих бросаться на помощь, тут же, немедленно, потому что, если не успеть...
Остановиться, перестать отвечать на звонки и выезжать на вызовы, прикрыть русскую 911-ю Шаталов уже не может. Он стал спасателем. У него начало болеть сердце.


В общем, он всегда кого-нибудь выручал. Совсем маленьким спас людей с перевернувшегося парусника на Днепре. Тушил однажды пожар от взорвавшегося телевизора. В армии вытащил человека с того света, сумел оказать первую медицинскую помощь. Нынешним летом спас Лужкова. Открывали очередной участок кольцевой. Ждали мэра. Люди со стройки заметили какой-то предмет, подозрительно торчавший из-под припаркованной «восьмерки» одного из дорожных бригадиров. Спасатели прибыли раньше всех остальных вызванных. Проверили: оказалась взрывчатка. Успели обезопасить.
Факт тогда не обнародовали (как раз произошло покушение на Шанцева), а Шабалов продолжил спасать. Он возвращал к жизни наркоманов и вынимал людей из-под обломков искореженных автомобилей, вытаскивал тонущих и выносил горящих. Сам лазал по стенам и крышам, взламывал двери и выкручивал руки бандитам...
А однажды не спас. В дождь на Минском шоссе объезжал непонятное темное пятно — груженый бревнами прицеп. Одно из бревен протаранило его автомобиль. Там, на заднем сиденье, сидела дочь. Он выскочил из машины, стал бросаться под мутные фары, пытаясь остановить летящие мимо машины. Еле добрался до ГАИ.
— Да нет у меня связи, — сказал милиционер.
Когда они добрались до больницы, оказалось, что дежурный хирург ушел домой ужинать. Пока до него дозвонились... Так он не спас дочь.
Теперь каждый звонок в его Службу спасения, особенно если беда с ребенком, заставляет сжиматься сердце: а вдруг не успеют? Ведь если бы хоть одна из машин тогда остановилась...
Мутный свет проносящихся мимо машин из того дождливого вечера никогда не заставит его сесть однажды и посчитать, сколько бы он зарабатывал, разрабатывая системы безопасности для банков, и сколько пока теряет, помогая людям.
РУСТАМ АРИФДЖАНОВ
Журнал «Столица», номер 1 за 1997 год
рейтинг: 
  • Нравится
  • 0
Номер Столицы: 1997-01
Фото дня
Обложка дня
Опрос
Нужны ли на сайте статьи из других журналов?