•   Последние или как я собирала новогодний стол 
  •   Эпитафия советскому року 
  •   Позвольте еще раз поправить Захарова 
  •   Я арестовал заместителя Власова 

В Москву! На ярмарку невест

Говорят, у нас цены повысились. Некоторые, особо бесшабашные граждане выражаются так: подскочили. А те, кто в бедных слоях ищет дешевой популярности, — еще отчаяннее: взлетели.
В русском языке сия форма глаголов означает, что цены сами так поступили. Какие нехорошие!
Все в один голос: мол, потому что дефицит; мол, потому что спад производства; мол, потому что денег много.
Спад, конечно, есть. Но ведь не в 10 раз. По большинству товаров снижение производства за минувший год — 10 процентов. Допустим — 20%. Допустим даже — 50%. То есть вдвое. Пусть бы и цены поднялись соответственно.
Холодильник стоил 300 рублей. Сейчас — 6000, т.е. в 20 раз! Неужели так упало производство? Денег стали больше платить? Да Но мало у кого зарплата выросла в 20 раз.
Говорят, неурожай. Говорят, 20% зерна недобрали. Почему же хлеб подорожал не на 20% и не на 100%—а на 1000?!
Таксисты это давно учуяли. В Шереметьево по счетчику было «пятерку», а дешевле, чем за 100, давным-давно не везут. Разве бензин подорожал в 20 раз? Но таксисты до всякого подорожания взвинтили цены и начисто освободили их от показаний счетчика.
Таксисты? Давайте разберемся.
Не знаю, как сейчас, а нас в школе учили, будто негодяи-американцы молоко в океаны (Атлантический и Тихий) выливают, зерно в паровозных топках сжигают. То, что заокеанские негодяи негров линчуют, было понятно и протеста (внутреннего) не вызывало: у каждого свои враги народа и свои методы избавления. (Ку-клукс-клан никогда не казался страшнее НКВД.)


Но избавляться от пищи?! Если уж случилось такое чудо и в дезорганизованной загнивающей стране выросло лишнее — накормите голодных в Индии, в Китае... (кому мы еще рис посылали?).
Уничтожение продуктов (при том, что в мире есть голодные) казалось сатанинской зловредностью, подтверждающей главную внешне-пропагандистскую установку: капитализм — ад.
Через 30 лет после тех уроков я в этот ад был впервые выпущен. Изобилие не изумило. Изумили цены. Молоко — доллар за литр, мясо — от 10 до 30 за килограмм. Даже по курсу 1988 года выходило дорого. У нас молоко — 30 копеек, у них — 15 рублей, у нас мясо — 2 рубля, у них — от 150 и выше.
Почему так дорого, если всего так много? Мне объяснили: себестоимость большая. А почему искусственно ограничивают производство? Почему запрещают надаивать от одной коровы более 8000 литров? Будет больше продуктов — будет дешевле.
А больше некуда — и так много. А дешевле нельзя — будет невыгодно. А один лишний литр надоишь — все фермеры разорятся.
Как?! А вот как. Представьте, что себестоимость литра молока 99 центов. Цена в магазине — доллар. Один «лишний» цент с каждого литра и составляет прибыль, чтобы работа имела смысл.
Но вот кто-то превысил квоту, надоил лишний литр молока. Этот лишний литр появился на рынке. А рынок-то насыщен до предела И лишний литр за доллар никто не берет. Что делать? Снизить цену. Чуть-чуть. На 5 центов. И — конец. Ибо нельзя снизить цену на один литр. Можно снизить цену на молоко. В тот миг, когда фермер снизил цену, чтобы продать лишний литр, — он снизил цену на все литры, сколько их есть на рынке. Все молоко стало стоить 0,95. При себестоимости 0,99. И фермеры разорены.
Вот и оказывается, что лишнее лучше вылить, сжечь, но цену не снижать. И подарить лишнее фермер не может — он же потратился, труд вложил. Подарить лишнюю еду голодающей стране может не фермер, а правительство, если в бюджете есть деньги, чтоб у своего работяги купить и чужому нищему подарить.
А наша дороговизна при чем? А она по той же схеме образовалась. Первый же иностранец, который за дорогу из Шереметьева до Красной площади заплатил 5 долларов, не просто заплатил одному какому-то таксисту 500 рублей за то, что стоит 10. Он поднял цену на такси.
Таксисты узнали платежеспособность иностранцев и невзлюбили нас до отвращения. Лучше весь день ползать по Москве в поисках американца, чем возить два десятка инженеров и пенсионеров по трешнику. И мы остались на улице с протянутой рукой. Нас возить — для таксиста — убыток.
Когда иностранцы стали покупать мясо на Центральном рынке по 2 доллара за килограмм (восторгаясь дешевизной!), мясо стало по 40, потом по 60, потом по 100 рублей. А мудрая финансовая политика привела к тому, что мясо для нас подорожало в 10 раз (с 10 руб. до 100), а для них подешевело вдвое (с 2 долларов до 1).
Иностранцы и целенаправленные публикации «Коммерсанта» взвинтили цены на квартиры. От 20.000 довинтили за полтора года аж до 20.000.000 — в 1000 раз!
Нас не привели к рынку. Нас вышвырнули из жизни.
На Западе по телевизору идет реклама того, что доступно всем: шоколад, зубная паста, пепси-кола.
У нас для 100.000.000 (ста миллионов) телезрителей ежедневно десятки раз рекламируют акции по 100.000 рублей и брокерские места по 1.000.000.
Так и хочется спросить: вы что там — уху ели?
По всей стране, может, и наберется 10.000 способных на такие покупки. Остальные 99.990.000 телезрителей в эти рекламные минуты свободны ругаться матом, сосать лапу, затачивать отвертку (или что у нас сейчас принято при отъеме кошелька показывать жертве в виде аргумента?).
Я пишу это — а ящик уговаривает продать собаку и купить ринаку, — пишу и опасаюсь, что меня зачислят в разжигатели темных инстинктов у невежественных низов.
Скажите: если хочется жрать — это темный инстинкт или светлый? Я сыт. Мы сегодня отобедали в ресторане на Комсомольском проспекте. Восемь человек, две бутылочки вина закуска, первое, второе — 3938 рублей (три тысячи девятьсот тридцать восемь), не считая чаевых. И никто не объелся (но и голодными не ушли).
Дорого? Гм-гм... всего-то 33 доллара и немножко центов. За эти деньги в Европе максимум вдвоем пообедаешь (и без вина).
Если в городе есть люди, способные заплатить за отбивную 150 рублей, — кто же будет продавать по 15? По пятнадцать — будет очередь, шум, грязь. А те, кто кушает бифштекс за 220 (а в меню есть и за 270), — те чисто одеты, аккуратно едят, не создают толпы. Обслуживать таких — одно удовольствие.
Цены нам привезли иностранцы. А вот зарплату свою пока нет. Он получает 10.000 долларов и покупает в Москве мясо по доллару за килограмм. Ты получаешь 1000 рублей, а мясо покупаешь по 100. Его зарплата — 10 тонн мяса, твоя — 10 кг.
Спрашивается: на кого будет ориентироваться продавец в условиях свободного рынка?
Слава Богу (а для москвичей — к несчастью) — этот покупатель сосредоточился в столицах. В провинции цены втрое-вчетверо ниже. Производитель-то по стране распределен относительно равномерно, а иностранцы почти все в Москве. А также банкиры, рэкетиры, брокеры. Даже чеченцев в городе Попова, кажется, больше, чем в стране Дудаева.
И уже замечено всеми: везут бедные люди корм в Москву. Электрички остались колбасными, но пахнет колбасой электричка ИЗ Тулы, а не В Тулу.
Прежде марксистская идеология вытягивала из провинции продукты в Москву.— в образцовый коммунистический город. Теперь то же самое делает марксистская политэкономия.
Но за один «слой» тревожно мне. За продавцов. Прежде они получали товар по госцене, немножко продавали в магазине (слегка обвешивая и обсчитывая), а остальное спускали налево. И на бешеной разнице между государственной и рыночной ценами строили свою жизнь и жизнь своих детей, каковая жизнь делалась все легче и легче, все веселее и веселее. Тем паче, что органы переключились на организованную преступность (уж не знаю: ловить или доить?), а отдельные магазины и неорганизованных продавщиц бросили на произвол судьбы...
Теперь вы понимаете, как я обрадовался, когда узнал, что столица СНГ будет в Минске. Вот уедут туда все посольства, торгпредства, банкеты, балы и презентации, потянутся вслед проститутки и гангстеры, переедет Большой Валютный театр — вот тогда заживем. Тихо и дешево. А к нам — Бог даст— будут за невестами приезжать. Обеспечим. Это ж абсолютно экологически чистое производство. Традиционное. И недорогое.
Александр Минкин
Журнал Столица номер 3 за 1992 год.
рейтинг: 
  • Нравится
  • 0
Номер Столицы: 1992-03
Фото дня
Обложка дня
Опрос
Нужны ли на сайте статьи из других журналов?